Женщина, потерявшая смысл жизни после увольнения, добровольно отправляется на смертельную миссию на враждебную планету. Перед ней встанет выбор: найти в себе силы для выживания или окончательно сдаться отчаянию. История о том, как крайние обстоятельства способны пробудить в человеке новую...
Пальцами сжимаю воротник его сюртука, притягивая к себе еще плотнее. Сама засовываю язык в его рот, продолжая эту возбуждающую порочную игру. Шанриасс стискивает мой зад еще сильнее.
– Когда я шла сюда, не знала, что под ужином ты имел в виду меня, – тихо смеюсь в его приоткрытые губы, найдя в себе силы прерваться.
– Прости, – с хрипотцой рокочет он. – не сдержался, ты такая вкусная. – Ведет носом вдоль шеи, осторожно прихватывая тонкую кожу зубами. – Но ужин все-таки у нас будет.
Шан ведет меня вглубь каюты. Мимо того самого стола из красного дерева. Рядом распахнута дверь. В первое посещение она оставалась закрытой. Оттуда доносится теплое благоухание сандала. Не помню, чтобы слышала его в прошлый раз. Но сейчас отчетливо понимаю: в неповторимом аромате Шанриасса выразительно звучат эти древесные ноты.
Следующее помещение существенно просторнее кабинета для официальных встреч.
Внимание приковывает огромная низкая кровать. Значительно больше моей: на ней свободно поместится не один шайрас. Рядом с ней дверь поменьше, предполагаю, там находится гигиенический отсек.
Вторая сторона каюты занята большим шкафом, утопленным в стену, и невысоким квадратным столиком, вокруг которого разбросаны подушки для сидения или лежания.
Оригинально. Для космического звездолета.
Столик сервирован, аппетитные запахи долетают до носа, и желудок жалостливо дает о себе знать голодной трелью. Он видел только рыбу с утра. И совсем ничего – после. Я снова забыла про еду. Зейрашш меня напичкал внутривенными коктейлями, но это все не то.
Шанриасс помогает удобно устроиться на подушках и сам, пуская по полу хвост, полулежа располагается напротив, облокотившись на одну руку. Кончик хвоста ловко стаскивает с меня мягкие мокасины и, надавливая на свод стопы, разминает уставшие за предыдущие дни ноги. Прикрыв глаза на несколько минут, млею от удовольствия.
Тихий звон приборов дает знать о начале трапезы. Лениво разглядываю своего мужчину, пока он раскладывает угощение по тарелкам. Это не те блюда, что можно заказать в столовой.
С огромным удовольствием пробую нежнейшие кусочки мяса в ягодном соусе и запеченные овощи, так напоминающие мне батат и тыкву. Из тонких синих фужеров пью каири, терпкий из-за специй, но при этом освежающий, приготовленный из незрелых плодов манго.
Я немного привыкла к шайраским специям в столовой, но эта еда совсем другая. Как будто я дегустирую блюда в хорошем ресторане. Сочетание вкусов и пряностей щекочут рецепторы.
