Книга "Время солнца" — это прикосновение к драматическому глубокому мироощущению. Как маленький мальчик я представлял жизнь хирурга как крутую, и в этом есть что-то необычайно привлекательное для девочки из семи чудес. Но теперь выяснилось, что даже самые смелые мечты могут оказаться не той стороной жизни....
Хмуро гляжу на Олега, размышляя, как его выдворить вон.
Моя операция – мой успех. Собственно как и поражение.
– Шеф запретил нам брать откровенно безнадежные случаи, – напоминает мне мужчина, – репутация Госпиталя, мы не можем необоснованно рисковать, то да се, – копирует он интонацию Шефа.
– И именно поэтому тебе стоит пойти заняться своими делами! Не лезь в это и не благодари, – я упрямо стою на своем. Чувствую, как начинаю злиться. Дело действительно сложное. Но я каждый раз раздражаюсь, когда сомневаются в моем профессионализме.
Я на самом деле не хочу никого вовлекать. А проснувшийся азарт не дает так легко отказаться от столь необычного дела. На первый взгляд – провальное положение дел, но только на первый. Я не спала ночь, пока в голове не созрела схема, как нужно действовать. Снимки пациента мне отправили неделю назад, вчера прибыл и сам больной. Мужчина тридцати лет. Сын очень влиятельного и состоятельного владельца нашего Космопорта. Обо всех опасностях и рисках он и его отец предупреждены.
Обратились они, естественно, ко мне. Как и большинство с подобными случаями.
– Я могу не стараться дальше? Тебя не переубедить? Не будешь слушать аргументы против? – Олег выжидающе смотрит на меня.
Достал.
– Я бы не стала тратить обоюдные силы, – киваю, уперев руки в бока.
– Супер, сестренка! Тогда я буду с тобой! Тебе нужна помощь, твоя Стерн молится на тебя, но на операции пригодится как минимум еще один док на подхвате с золотыми руками, – и он мельтешит кистями рук у меня перед лицом, – твоему ассистенту для этого не хватает практики, – вновь задумчиво зыркает на голограмму.
Закусив губу, обдумываю его слова. В них есть смысл. Операция будет сложной и длительной. Янковский не ас в нейрохирургии, но подстраховать сможет. Вместе мы провели не одну операцию, когда не хватало хирургов в Нейро.
– Ну давай, же решайся! Возьми меня, Морайя! Буду смотреть, но вдруг пригожусь, – в нетерпении подпрыгиваете Олег, и складывает руки в молитвенном жесте.
Смеюсь и, следуя голосу разума, соглашаюсь. Так будет действительно легче и спокойнее работать."
"Шеф убьет меня, когда узнает. Но, надеюсь, к тому времени уже все будет позади.
***
Негодующе смотрю на мужчину перед собой, откинувшись на спинку дьявольски неудобного кресла, скрестив руки на груди закидываю одну ногу на другую.
Во-первых, меня раздражает само кресло.
