Автор
Холодные туманы накрыли солнечный берег, и воцарилась мгла. Пока волны разбивались о кромы ухоженного пляжа, душевные мысли разворачивались в сердце главного героя, помноженный на годы семейных трудов и тяжёлой работы в быту.
За исключением тех дней, когда сил на портал не оставалось, а идти сквозь весь город по дрянной погоде было лень.
Проснувшись, я быстро привёл себя в порядок и собрался. Ледяной ураганный ветер трепал город, забирался в щели и выстуживал и без того холодные каменные дома. Такая погода вызывала искреннюю ненависть. Холодные вихри брали разгон на узких улицах, норовя сбить с ног любого прохожего. Завтракал я в неприметной таверне по дороге на работу, и сегодня тут кормили подгоревшим омлетом. Хорошо хоть без феары.
Через силу проглотив еду, я двинулся в сторону гор. Идти от жилого корпуса до работы было около сорока минут, и обычно я не имел ничего против прогулки, но сегодня раздражение кипело внутри. Меня бесил Ковен, бесила мерзкая слякотная холодная весна, бесил секретный Горный проект, бесила необходимость делать то, что не нравилось, чтобы выбраться из этого убогого мира.
Сам по себе проект мог быть секретным только по одной причине: Телиус планировал напасть на Альмендрию.
Параллельно он умело подогревал общественное мнение. Последнее совещание Большого Круга Архимаг почти целиком посвятил обсуждению альмендрийцев, их защитных и оборонных возможностей, личности самого императора и его приближённых. Араньяс обмолвился, что скоро, буквально в ближайшие два-три месяца у Ковена возникнет возможность «поквитаться» с правителем Альмендрии, но я так и не понял, за что именно он собирался мстить.
Лозунги были вполне типичными для разжигания ненависти к потенциальному противнику. Я равнодушно слушал пассажи на тему того, что альмендрийцы заслуживают небесных кар, а ковенцы — правый народ, который их принесёт.
Будучи принцем, я изучал механизмы социальной пропаганды и подготовки населения к войне как наступательной, так и оборонительной (что всегда гораздо проще). Я даже мог бы подсказать Телиусу пару неплохих уловок, но его топорщащиеся в разные стороны усы и одержимый взгляд неизменно вызывали неприязнь. У меня не было желания ни помогать, ни мешать ему.
