Автор
Когда тает лед, читатель погружается в мир мрачных оттенков и непредсказуемых событий. Сюжет развивается с невероятной атмосферой загадочности и напряженности, заставляя героев выбирать между жизнью и смертью в жестоком природном мире.
Она пропускает мимо ушей все остальное, что я сказал, и слегка морщится, но рука двигается нормально. Насколько я могу судить, ничего не сломано. Я привязываю пакет со льдом к ее плечу, которое ушиблено сильнее всего, и окидываю Стейси взглядом.
– Пакет со льдом держи не дольше десяти минут, хорошо? Голова не кружится?
Она качает головой.
– Не тошнит? Головная боль? Сознание не путается?
Она опять качает головой, скептически подняв бровь.
Я наклоняюсь и расшнуровываю ее ботинки, снимаю и кладу позади нее.
– Тебе нужно в больницу. Там тебя на всякий случай хорошо проверят, и в выходные тебе нужно будет отдохнуть.
Она громко фыркает и подносит руку к губам, чтобы подавить смешок.
– Прости, это было грубо. Просто у меня завтра соревнования, я не могу отдыхать.
– Анастасия!
– Со мной все будет хорошо. Закончили, доктор Хокинс?
Она наконец отпускает мой свитер и пытается спрыгнуть с кушетки. Я инстинктивно хватаю ее за бока, чтобы удержать, но тут же отдергиваю руку, словно прикоснулся к раскаленной лаве.
– Нейт, я…
Дверь открывается, и заходит Говнюк с розовой спортивной сумкой. Можно подумать, у меня и без того мало причин его удавить. Он ставит сумку позади Стейси и вручает ей кроссовки, которые она тут же надевает. Аарон рассматривает ее голову словно бы со знанием дела.
Вот мудак. Наверное, он изучает в колледже историю или что-нибудь в этом роде.
Ради Стейси я временно забываю о наших разногласиях и стараюсь быть вежливым.
– Можешь отвезти ее в больницу?
Парень кивает и мычит что-то неопределенное, даже не глядя на меня, потом достает из ее сумки свитер с эмблемой Мейпл-Хиллс.
– Не давай ей уснуть по пути в больницу и скажи Лоле, чтобы проверяла ее, когда она ляжет спать.
– Сам буду ее проверять, – бесстрастно сообщает он, бросает ее коньки в сумку и застегивает молнию.
– Я имею в виду ночью.
– Ага. – Он растягивает слово, будто я его не понимаю. – Буду к ней заглядывать.
Что за хрень?
– Ладно. – Я стараюсь, чтобы в голосе не звучало изумление. – Поправляйся, Стейс. И удачи вам завтра.
– Тебе тоже, – отзывается Говнюк.
Надо же."
"Анастасия бросает на меня последний взгляд через плечо и уходит. Я навожу в комнате порядок и иду к своим. Они явно слышали, что произошло, и бросают на меня притворно сочувствующие взгляды.
