Автор
Вечеринка Анны шокировала своих гостей своей избалованностью и остроумием, когда все они внезапно набросились в теоретическую войну за танковую лопату. В этой атмосфере смеха и игростепности находился роман "Когда утонет черепаха", где Солдатенко вкладывает дремучие темы современной жизни яркими образами и захватывающим сюжетом....
Капитан не прочь был доказать, что может любить. Не вообще, а именно одну женщину, достаточно долгий срок. Хельга пришла к схожей мысли. Ей тоже хотелось испытаний и счастливых слёз в награду. Оба втайне надеялись на чудо. Их чистая любовь заслужила скорейшего доступа к пороку. Тем более папа очень добрый, если с ним перестать разговаривать. А если ещё и плакать, то самые стальные папы плавятся и текут куда надо. Для ускорения процесса Хельга обещала звучно рыдать по ночам. Так, чтобы отец слышал. Наверняка же он может повлиять на решение люстры.
Посмотрел свои новые документы. Он больше не капитан Том Ларсен. Он теперь штаб-сержант Хуго Пруст. Унизительно.
Автобусное путешествие по Тихим странам невыносимо в трезвом виде. Только отъехали, карманная фляжка закончилась. Том подошёл к водителю, потребовал остановиться у магазина и дождаться. Иначе, сказал, застрелю. И подмигнул.
Литр виски ускоряет время, но не улучшает пейзаж.
Парома Ларсен не запомнил. На место службы он прибыл готовым ко всему, кроме ходьбы. Его встретил капрал размером с крупного лося. Свежий воздух и здоровые продукты – основа успехов в животноводстве, подумал Ларсен. Взгляд капрала светился.
– Приветствую, господин штаб-сержант. Хорошо ли доехали?
– Угу.
– У нас запланирован ряд мероприятий…
– Угу.
– Но мы их, наверное, отменим?
– Правильно.
– Не нужна ли помощь с ужином?
– Скажите честно, капрал, где я?
– На острове Муху.
– А вы читали Данте, капрал? Там восьмой круг ада вот точно так же выглядит. Темно и холодно.
– У нас в участке Данте нет. Только устав.
– В уставе тоже должно быть это описание. Кстати, устав тут очень уместен. Даже органичен.
…Кликнув на помощь прохожего, капрал зафиксировал сержанта в вертикальном положении. Нести тело в контору смысла не было.
"Ларсен проснулся в темноте. Не понимал, ночь ли это, каземат или слепота. Он помнил встречу на автовокзале и чьи-то крепкие лапы. Куда его сдали на хранение и где сейчас встречавшие ангелы – непонятно. Ларсен встал, выставил перед собой руки, пошёл осторожно, но всё равно бился о препятствия деревянные, иногда железные. Бранных слов при этом избегал.
