В далеком Советском Союзе, когда зацветали подснежники – символ весны и победы над засильем сталинизма, жители прятались от бесконечной войны. Приключения разведчиков, партизанские будни и подполье революционеров в этом драматическом контексте создают невероятные истории, где каждая страница может быть выдумкой, но поверить в нее легко благодаря правдивости ситуации....
Зато завтра сонная Пенза зашушукается, заахает. Полицейские власти будут гонять своих доморощенных, пропахших огуречным рассолом филеров. В Петербург полетит реляция об «обнаружении»… Из столицы грозно рявкнут — «пресечь»…
Богомолов уже не жалел, что ему досталось такое простенькое задание.
Шуму будет достаточно.
Вон и площадь. Но на углу у подъезда какого-то присутственного дома торчит городовой. И не замерз, как остальные. Притоптывает себе валенками.
Когда Богомолов приблизился к постовому, тот вдруг отчаянно замахал руками, затопал, потом громко прочистил нос и бегом к подъезду.
Интересно, что он тут охраняет?
Богомолов подошел вплотную к подъезду. В темноте едва разобрал: «Губернское жандармское управление»."
"Вон оно что! Да, тут спать не рекомендуется, свое же начальство застукает…
Заглянул в подъезд — никого. Городовой, видно, прошел внутрь дома.
А что, если…
Дверь открылась, слегка проскрипев замерзшими петлями.
Быстро выбросил последнюю пачку на пол — и до свидания…
…Как сладостно греться обжигающим чаем в ночном буфете вокзала! Пахнет хлебом, паровозным дымом и морозом. У мороза самый сильный запах.
Богомолов был настроен благодушно, пытался даже припомнить кое-какие латинские изречения, но тщетно, гимназическая премудрость никогда не была с ним в дружбе.
К перрону подходит экспресс. Он только притормозит, ему некогда…
Но Богомолов уже ухватился за поручни вагона.
Вот ведь какая неудача, вагон-то оказался рестораном! А с площадки грозно топорщит усы проводник.
Ладно, в кармане завалялось еще несколько рублей. Усы раздвигает угодливая улыбка.
В вагоне-ресторане тепло. До Самары можно спать и сидя.
Глава V
Эту последнюю встречу им подготовили жандармы.
И она состоялась в Киеве, куда уехал Володя с надеждой продолжить учебу. Но он так никуда и не поступил. Кровавое воскресенье в Питере всколыхнуло всю Россию.
Революция 1905 года начала отсчет дней.
Круто повернулась тактика большевиков. Забастовки, стачки, манифестации — все это хорошо. Но разве они могут свалить царизм? Нет. Только вооруженное восстание принесет победу.
Старыми транспортными путями, по которым шла литература, потек новый груз. Вот и сегодня Володя везет необычную поклажу. В специальном жилете, надетом под пиджак, — десятки ячеек, как пчелиные соты. В них капсюли, начиненные не медом, а гремучей ртутью.
