Да к тому же рано, — кивнул он в пасущееся невдалеке большое стадо. В общем, уходим, — решил он. — Потом пару раз, когда поблизости никого не будет, нарисуемся, чтоб привыкли. А вечером сделаем.
— А если третий только завтра вернется? — предположил один из парней.
— Не суй нос куда не надо! — недовольно буркнул Феликс. — Днем нас запросто запасти может кто-нибудь, — он бросил быстрый взгляд на Клоуна. — А так Генка с бабой разговаривал. Но она его наверняка не запомнила.
— Ребята, — дядя Степан вышел из вагончика. — Тут самая короткая дорога до села — вот та, — он кивнул на прикатанную тракторами и автомобилями грунтовую дорогу вдоль пшеничного поля.
— Что? — удивленно спросил Басов. — Волошина следователь спрашивал?
— Да, — кивнула пожилая женщина. — С району приехал. А Митька со Степаном на пасеку уехали.
— На чем этот следователь приезжал? — спросил подполковник.
— На автобусе, — вытирая передником руки, спокойно ответила она.
— А ты-то, милок, кто будешь? — подозрительно спросила она. Взяла очки, протерла стекла, надела их и внимательно всмотрелась в лицо подполковника. Он достал удостоверение, раскрыл и показал его женщине.
— Ты не тычь мне, — строго проговорила она, — дай-ка сюды, — она протянула руку.
— Как выглядел следователь? — с раздражением спросил подполковник.
— Кто, ты сказал? — внезапно осипшим голосом спросил он.
Феоктистов, прижав к глазам морской бинокль, удивленно покачал головой. Перевел его вправо, к воротам, у которых остановилось такси. Сергей запомнил его номер.
— Здравствуй, — пытаясь улыбнуться, Зяблов сделал три шага вперед.
— Зачем ты убил мужа Ирины? — гневно спросила седая женщина. — И смерть ее свекрови тоже на твоей совести. Я знала, что ты подлый человечишка, — она презрительно улыбнулась. Слышала, что по твоему приказу убивают людей. Ты сволочь, Зяблов, — ее голос дрогнул застарелой ненавистью. — В этом я убедилась много лет назад. Но если…
— Заткнись! — крикнул Зяблов. — Что ты о себе возомнила? Являешься ко мне на дачу, оскорбляешь меня. Да как ты смеешь? Да я тебя…
— Я пришла только ради того, — женщина подошла к нему вплотную, — чтобы отдать тебе старый долг.
— Вот как? — насмешливо улыбнулся Константин Федорович. — Что-то не припомню, чтобы я давал тебе взаймы. — Неожиданно хлесткая пощечина заставила его испуганно отскочить назад.
— Рахим! — заорал Зяблов.
— Повторяю, — строго проговорила женщина, — если ты не оставишь в покое Иринку…
— В подвал ее! — взвизгнул Зяблов.
