Автор
В глубинках мира драконьих племен, где права правителей зависят от силы магии когтей, Адам и его супруга учатся играть по-настоящему опасную роль — они могут стать самыми могущественными существами на планете. Но каждое шагание вперед дает больше возможностей для непредсказуемых событий, и они начинают осознавать всю сложность этого величественного долга....
«Морская трава… – удивляясь, что не теряет сознания, с трудом произнёс мысленно Карапакс, – замотай Анемоне пасть, чтобы она не могла выговорить ни одного заклятия, ни вслух, ни про себя, пока ты касаешься её… А могла только дышать».
По глухому мычанию со стороны принцессы он догадался, что заклятие сработало, но сам пока был двигаться не в состоянии. Лежал в ожидании, когда измятое тело придёт в себя.
Мгновение спустя чужие когти злобно полоснули его по морде. Анемона нависла над ним, вертя перемотанной головой и глядя то одним глазом, то другим.
Сестра всё ещё пыталась перерезать ему горло, но когти скользили, не оставляя следов… как на алмазе!
В его собственных когтях было пусто, заговорённая раковина потерялась – почему же заклятие ещё действовало?
Потому что там нет условия, что амулет надо держать при себе, понял он.
Прежде Карапакс никогда не задумывался, в чём разница. Он помнил, как колдовал Мракокрад, одаривая своих ночных, – амулет нужно было непременно носить, иначе владельцы теряли полученную силу. Такой опытный дракомант наверняка мог бы сделать её постоянной, однако не стал…
А любовное заклятие на Кинкажу – в каких оно было словах? Внутренне передёрнувшись, он постарался припомнить точные слова Анемоны – «пока она носит этот камень» или просто «пусть полюбит», постоянное заклятие или временное? Что будет, если радужная отдаст небесный камень?
«Прости, Кинкажу, я так виноват!» – подумал Карапакс с болью в сердце.
Бело-розовая принцесса всё так же нависала над ним, сверля ненавидящим взглядом сквозь щели травяной повязки.
– Анемона, – вкрадчиво заговорил дракончик, – пожалуйста, выслушай меня!
Сестра молча показала на свою перемотанную пасть. Кроме как слушать, ей ничего не оставалось.
– Я не хочу убивать тебя, – продолжал он, – и не собираюсь погибать сам. Может, поговорим наконец спокойно, без магии и насилия?
Она раздражённо закатила глаза. А это как понимать?
– Ну ладно, попробуем, – решил он.
