Автор
В старом храме тихий обряд шел посередине круглого пространства с необычными закорючками на стенах. Вдали от света призрачной лампы серый камень казался источником мягкого белого света, который становился ярче к центру комнаты. Такое ощущение будто ты сама прониклась мистическими тенями сна....
— Отпусти, — устало попросила беглянка, голос у нее оказался грудной и очень приятный.
— А ты пинаться и драться больше не будешь?
— Нет.
— А убегать?
— Нет.
Избранную не хотелось отпускать, Амрану нравились эти вынужденные объятья, но он послушно разжал руки. Девушка отступила на шаг, побратимы замерли, оглядывая беглянку. Кожа ее разгладилась и теперь стала светло-зеленой, цвета молодых листьев, как сказал бы Раинель, на голове пробивались светлые волосы, ненадолго распахнувшийся халат показал только намечающуюся грудь.
Ненависть, ничем не прикрытая, чистая ненависть плескалась в этом взгляде. Стоявший рядом Раинель вздрогнул, Лоран непривычно молчал. Этот взгляд, как удар под дых. Уорн предупреждал побратимов, что избранная обидится на них за то, что ни не смогли защитить ее, поэтому погоня воспринималась несерьезно, ведь все равно каждый знал, что будущая жена простит их.
— Почему ты… — начал Лоран, но девушка перебила:
— Я знаю про обряд, поэтому и убегала, — она криво улыбнулась и ядовито продолжила, — как-то не хочется в таком участвовать.
Побратимы растерялись, Раинель немного обижено спросил:
— Мы что совершенно тебе не нравимся?
— А какое это имеет значение? — горько спросила девушка, и, развернувшись, побрела в сторону долины, — мне без разницы.
Побратимы в молчании двинулись за избранной, Лоран морщился и прихрамывал на обе ноги. Да, знатно ему досталось.
— Как тебя зовут? — спросил Амран
— Это неважно, — хрипло отозвалась девушка
— Но как же, — растерялся келрит, — нам же надо как-то тебя называть
— Вот придумайте сами и называйте, — посоветовала она
Амран не знал, что ответить, не такую встречу они ожидали, совсем не такую.
— Вот и будем называть тебя кочерыжка, или вонючка, — сердито начал Лоран, но реакции девушки не дождался, поэтому продолжил, — или лучше — шхырья дочь. Знаешь, тебе подходит.
Раинель возмущенно посмотрел на побратима, но девушка, казалось, вообще не слышала его слов. Она медленно переставляла ноги, опустив голову.
