Автор
В старом храме тихий обряд шел посередине круглого пространства с необычными закорючками на стенах. Вдали от света призрачной лампы серый камень казался источником мягкого белого света, который становился ярче к центру комнаты. Такое ощущение будто ты сама прониклась мистическими тенями сна....
После того, как я выплыла в реальность окончательно, даже глаза открывать не хотелось. Полежав пару минут, все же разомкнула веки. Окно в комнате было открыто, прохладный ветерок немного охлаждал горячее лицо. Местное солнце, видимо, недавно вышло из-за горизонта и его лучики пока еще несмело освещали в комнату.
Я скосила глаза в сторону, кресло «дежурного» снова занято. Теперь в нем сидел седой. Перед креслом стоял столик, с разложенными на нем папками и листами бумаги. Уорн что-то писал, склонившись над столом. Его длинные пальцы сжимали ручку необычной формы, с шариком на конце.
Мое тело уже некоторое время активно намекало на необходимость пройтись до уборной. Неужели они не могут попросить служанку посидеть со мной? Ходить перед мужчинами в ночнушке и нижнем белье я стеснялась, и пусть они уже видели меня голой — все равно. Вот не буду ставить его в известность о том, что просунулась. Пишет он там что-то, пусть и дальше пишет, а я пока встану.
— Поставь, — голос прозвучал сипло, но седой проигнорировал мою просьбу.
Он подошел к уборной, и дверь в местный санузел сама распахнулась. Вот это сила взгляда! Это как надо навык взора «покайся, несчастный» прокачать, чтобы даже двери сами открывались?! Так, это он меня сейчас сам помыть решил?
— Пусти, сейчас же! — немного нервно сказала я и даже попыталась вырваться.
— Да понял уже, что тебе жутко не нравлюсь, но придется потерпеть, пока я тебя донесу, — заявил Уорн, ставя меня на пол возле умывальника.
— Что-о-о?
Сказать, что я удивилась — это ничего не сказать. Седой развернулся, чтобы уйти, но я его остановила, схватив за одежду:
— Нет! Подожди! Дело не в тебе. — Уорн повернулся ко мне, как мне показалось, в замешательстве. — Я сама могу дойти, а вы таскаете меня, как будто я — ребенок, немощная старушка или капризная принцесса! Не надо утруждаться, сама дойду! В конце концов, расстояние от кровати до туалета — не марафонская дистанция.
По мере того, как я говорила, из позы мужчины уходила напряженность.
— Да, ты — не принцесса, ты — избранная богиней, а это несколько повыше, чем принцесса, — объяснил седой и вышел, прикрыв за собой дверь.
Челюсть пришлось поднимать с пола. Выше, чем принцесса. Королевишна, блин.
