Да лучше бы про выкройки спросил! Но дракон, как назло, интересовался только политикой и экономикой.
– Продолжай, – он нетерпеливо махнул рукой. – Выбирать правителя это очень странно. Представителей правящего рода с самого детства готовят служить своему народу. Или у вас обучают править всех без исключения?
Инга вздохнула. Да елки ты ж зеленые. Она работала помощником костюмера, а не помощником губернатора!
– Мой... лорд, – она запнулась. Правильное обращение, но такое непривычное, – я расскажу все, что помню и как понимаю, но не требуйте слишком многого. Я все лишь помощник костюмера в маленьком театре, и у меня совершенно не было времени интересоваться всем этим подробно. Болела мама, болела бабушка... Врачи, лекарства, долги... – она отвернулась и часто заморгала, пытаясь прогнать слезы. – Так что я видела очень мало в своей жизни, – добавлять о том, чего видела много, она не стала. Драконам, с их лекарской магией и здоровыми организмами, не понять, что такое болезни. – Знаете, жить во дворце это совсем не то, что в коммуналке.
– В коммуналке? – переспросил Эйнар. – Это там, где ты жила? И каковы различия с жизнью во дворце, кроме, как я понимаю, стоимости мебели и отделки.
И искра ему рассказала. Ее так задело это “кроме стоимости мебели и отделки”, что вывали на дракона всё: про общую кухню, соседей, комнаты, уборку, старую сантехнику, склоки и дрязги.
Эйнар был просто в ужасе. У них таких жутких условий даже на самых дальних границах нет, и у самого бедного дракона есть дом, работа и достаточно денег, чтобы купить большинство бытовых и лечебных заклинаний, кроме самых дорогих. Но если и такое понадобится, то род обязательно поможет. Драконы хоть и не терпят вторжения на свою личную территорию, но родичей не бросают.
– Ты говорила про долги, – Эйнар пристально разглядывал искру. – Как они появились?
Драконы ненавидели быть должными. С драконом-должником другие отказывались иметь любые дела. Если ты не можешь правильно распоряжаться своими деньгами, то какой ты дракон?
– Не думаю, что вам это будет интересно, – Инге не хотелось вспоминать круги ада, которые они проходили.
– Отчего же, – уверенно произнес Эйнар. – Что-то же заставляло тебя их делать.
– Меня заставляло? Ты, не знающий, что такое насморк, как можешь понять тех, кто борется с онкологией? А восстанавливается после инсульта? – Инга сама не заметила, что перешла на ты. Все расскажет, пусть знает! Полено безэмоциональное.
Уж про больницы она рассказать может много, и про анализы, и про таблетки, и про уход за лежачими. Сказки он хорошо знает, сейчас она ему ужастик напополам с триллером расскажет.
– Еще вопросы, мой лорд? – зло спросила Инга, закончив рассказ. Слез уже не было – пережила, отболело, прогорело.
– Нет, – рассеянно ответил Эйнар.