Наконец она подошла ко мне и спросила сама:
- Почему вы выдаете себя за немца?
- А за кого же я еще должен выдавать? И почему вы мне задаете такой вопрос? - я снова стал брать инициативу разговора в свои руки.
- У вас не чистый немецкий выговор и какие-то старинные словарные обороты, - как будто вы всю жизнь прожили в глухой деревеньке, которой не коснулась цивилизация, - сказала женщина.
- Интересно, у кого же чистый немецкий выговор? - спросил я, удивленно подняв брови. - У господ Гитлера и Кальтенбруннера или у господина Розенберга с его прибалтийским акцентом? А вы не заметили, что я говорю так же, как говорят немецкие эмигранты здесь, приехавшие намного раньше вас? Вы попробуйте так поговорить? Мне самому пришлось ломать себя, чтобы научиться такому разговору.
- Где это вы ломали себя? - менее уверенно спросила донна Мария.
- Где надо, - ответил я, - там, откуда пришла радиограмма о моем прибытии.
- И как вас зовут? - спросила донна Мария.
- Меня зовут Солнце, - сообщил я данный мне в Германии в канцелярии партайляйтера Кёльна псевдоним. Получалось, что я человек Бермана и не имел отношения ни к гестапо, ни к абверу, который в 1945 году курировался ведомством Гиммлера."
"В послевоенное время объединителем всех интересов немцев оставалась только национал-социалистическая рабочая партия Германии - НСДАП, которая затеяла авантюру с мировым господством, но она осталась в сознании немцев и приверженцев фашизма как партия рабочих и трудящихся масс. И я посланец этой партии. И, возможно, мои похитители тоже члены этой партии.
Кто скажет, где сейчас Борман? В числе убитых не значится. В числе пленных его тоже нет. Он где-то сидит и готовит партию к новому появлению на сцене, но в виде реванша. Не такой уж Борман дурак, чтобы одеваться в одежды призраков и пугать нормальных людей. Это будет новая партия национал-интернационализма. И будут группенфюреры в набедренных повязках, чалмах, в гаремах и золоченых кадиллаках.
В новой империи будет цениться только арийское происхождение, но не цвет кожи. А происхождение будет определяться партийным билетом. Вот это будет партия. Коммунисты со своим лозунгом о праве наций на самоопределение сами под себя заложили мину, которая взорвалась, как только партия коммунистов начала загнивать. А новая партия гнить не будет, потому что будет находиться в авангарде мирового прогресса, тонко улавливать и возглавлять все социальные процессы. Время учебы на своих ошибках прошло.
В комнате наступила тишина. Донна Мария о чем-то тихо переговаривалась со своими сообщниками в противоположном углу комнаты. Вероятно, я угадал счастливое число или наоборот, не угадал его и сейчас похитители решают мою судьбу.
Затем ко мне подошла донна Мария.