Студент-историк становится обладателем волшебного кольца фараона Эхнатона, которое дарует ему способность путешествовать во времени. На протяжении семи увлекательных частей герой посещает различные эпохи: от древнего Египта до далёкого будущего 2050 года. Каждое путешествие раскрывает новые...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Кольцо фараона» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Студент-историк становится обладателем волшебного кольца фараона Эхнатона, которое дарует ему способность путешествовать во времени. На протяжении семи увлекательных частей герой посещает различные эпохи: от древнего Египта до далёкого будущего 2050 года. Каждое путешествие раскрывает новые...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Студент-историк становится обладателем волшебного кольца фараона Эхнатона, которое дарует ему способность путешествовать во времени. На протяжении семи увлекательных частей герой посещает различные эпохи: от древнего Египта до далёкого будущего 2050 года. Каждое путешествие раскрывает новые...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
- Увы, отец Петр, и в этом вы правы, - со вздохом произнес мой протеже, - и у председателя Совета министров руки оказываются коротки. Уберешь одного, на его месте появляется другой, еще худший, чем прежний. Гидра какая-то многоголовая. Чиновник порождает чиновника и все держится на каком-то коллежском регистраторе. Чиновничек, которого и в канцелярии не видно, орденами и чинами обойденный, а на нем держится все и от него зависит, как будет выполняться царский указ или закон государев. Все собирался сесть да проанализировать законы размножения чиновников и проблемы управляемости, да руки не доходили. Но как только начинаешь новое дело, так требуются опытные помощники, и назначаешь людей достойных, а к ним в подчинение еще, и еще, а на освободившиеся места ищешь других чиновников. Получается, что стоит только начальнику повернуться не так, как число чиновников увеличивается, и помогая, и связывая по рукам и ногам. Кто укажет, ту средину, которая должна соблюдаться в учреждениях, чтобы число чиновников не росло, а качество работы увеличивалось?
- Пожалуй, Петр Аркадьевич, - с улыбкой сказал я, - кроме царя Соломона никто этот узел разрубить не может, но вопросами проблем чиновников обязательно займутся, уйму книг понапишут, и законы откроют, но проблемы не решат. Нерешаемая эта проблема. Каждый правитель начинает с этой проблемы, но воз и поныне там. Уволенные чиновники знают, что время их еще придет и лучше взять готового специалиста, чем десять лет готовить нового.
Глава 18
Как-то так получилось, что в России образовались две правящие верхушки. Одна - во главе с императорской фамилией и демоном Григорием Распутиным. Вторая - во главе с председателем Совета министров и министром внутренних дел Столыпиным и демоном Петром Распутиным. Сплошная распутинщина. Я, конечно, не демон, но и не ангел. Приходится использовать правила математики: умножение положительной величины на отрицательную в итоге дает отрицательное значение. Поэтому и я себя тоже обозвал демоном."
"Любой человек, находящийся у власти, является демоном, потому что ему приходится принимать решения, которые не нравятся большинству населения. Получается, что он выступает против всех, но если бы он принял то решение, которое нравится всем, то в стране воцарилась бы вакханалия и беспорядок. Кто, скажите, положа руку на сердце, выступает за принятие ограничительных мер в отношении людей, не любящих трудиться? Фамилии бездельников становятся общим достоянием, семьи узнают причины того, почему снизилась заработная плата главы семьи, соседи пальцем тычут и т.д. И большинство оказывается против этих мер, мотивируя это нарушением права человека трудиться так, как ему хочется или вообще не трудиться.
