В руинах старого дворца жил одинокий человек, верный лишь самому себе. Его мечты шли вразрез с реальностью, а он был не просто странником — его была метафорой всех добрых и злых сил нашего бездушного века. Этот интригующий рассказ описывает феноменального человека, который думает и дышит ночами, влюбленный в свою страну с другой планеты....
- Что-то мне кажется, - снизил голос унтер, - засекли нас англичане. Люди стреляют, но не по их окопам. А для чего? Я бы подумал, что учатся. И они так же подумали и выстрелили из пушек по тому месту, где мы проводили занятия. Может, вашбродь, усилить охрану мест занятий.
- А охрану-то для чего усиливать? Мы же в расположении своих войск, - не понял я.
- Так-то оно так, - сказал Петрович, - но сдается мне, что у англичанки есть здесь свои соглядатаи. Узнают, где мы точно проводим занятия, расписание занятий и произведут артиллерийскую стрельбу не по баксиону, по пушкам нашим, а по месту подготовки стрелков.
- Да разве могут севастопольцы быть соглядатаями противника, - усомнился я. - да и как они к врагу проберутся? У нас здесь почти что сплошная линия обороны.
- Вот именно, вашбродь, почти что сплошная линия обороны, - сказал унтер, - да только есть здесь такие люди, что раньше русскими рабами торговали. Да и много в Севастополе было тех, кто только по-французски да по-англичански разговаривал и нос от всего русского воротил.
- Ну, ты уж и скажешь? - усомнился я.
- Приходится так говорить, когда такие же, как я, меня лапотником называют, - сказал Тарас Петрович. - Кто они такие? Да никто. Погодьте, они нам еще дулю под нос сунут за то, что мы их из-под ляхов в государство наше приняли. Не одни шведы против нас под Полтавой воевали.
- Ну, ты Тарас Петрович, вообще знаток всего исторического, - улыбнулся я.
- Да какая же это история, вашбродь. Дед мой под Полтавой воевал. Порассказывал всякого, - сказал унтер-офицер.
- Ну и как они будут добираться до противника? - спросил я.
- А ночью между баксионами проходы есть, и их никто не охраняет, - сказал Тарас Петрович. - А потом ночью на ялике можно по морю выплыть прямо к аглицким позициям.
- Да, Тарас Петрович, тебе бы в контрразведке служить, - похвалил я своего старшину. - То есть в охранном отделении, которое безопасностью государства занимается.
- Спасибо, вашбродь. Вот службу закончу обязательно в сыск пойду, - пообещал Петрович.
По результатам разговора с Тарасом Петровичем я доложил капитану Белецкому, что было бы целесообразно усилить охрану межстыкового пространства между бастионами хотя бы патрулями или секретами и доложил озабоченность унтера возможными сношениями некоторых жителей города с противником.
