Автор
В мирных дней никто никого не встречал — все были настороже. Самурай Сёгуна продолжал охоту на Джека, гайдзинка иностранца и самурая, превратившегося в изгнанника. Его приход открыл новую волну ненависти, но Джек был необыкновенно крепок духом, и никто не мог предугадать его пути....
Пока остальные пассажиры искали себе место, Джек смог оглядеться и оценить корабль. Он отличался от того трехмачтового корабля, на котором он прибыл в Японию. Этот деревянный корабль был лишь с одной мачтой, да с квадратным пестрым парусом, плоским килем и широкой палубой. Он был раза в три меньше «Александрии», а в комнате помещалось пятьдесят пассажиров. Груз из тюков с рисом и масла для ламп был привязан к палубе. Борта были очерчены решеткой из бамбука, а верхняя палуба кормы вела к штурвалу и длинному рычагу. Джек решил, что этот корабль больше подходил для маленьких путешествий, а не для плавания в океане, но выглядел он вполне внушительно.
- Рано отдыхать, - предупредила Миюки, оглядываясь на гавань.
Патруль самураев вошел в мастерскую.
- Почему мы не отплываем? – нервничал Сабуро.
Корабль был полным, но капитан никуда не спешил.
- Может, ждут ветра, - предположила Миюки.
Джек покачал головой.
- Ветра достаточно.
Йори повернулся к доброму на вид мужчине, сидевшему рядом, который рассматривал море и что-то бормотал себе под нос.
- Прошу прошения, - сказал Йори. – Почему мы задерживаемся?
Моргнув, словно выходя из транса, мужчина тепло улыбнулся и мягким голосом ответил:
- Гавань-подкова,
И словно огромные волны
Жизнь моя бежит и отступает.
Его странный ответ заставил Джека задуматься, в себе ли мужчина.
Улыбка на губах мужчины дрогнула, он выжидающе посмотрел на Йори.
- И… что вы думаете?
Йори выглядел задумчивым перед ответом.
- Как и море, ваше хокку глубокое и подвижное.
Мужчина просиял, услышав такую похвалу.
- Так вы тоже поэт! – воскликнул он.
Йори склонил голову, скромно соглашаясь.
- Для меня будет честью услышать и ваше хокку, - попросил поэт, сияя от восторга.
- Конечно, - ответил Йори, пытаясь сохранять спокойствие под давлением самурая. – Но сначала мы хотим узнать, почему корабль не отправляется?
Поэт был удивлен такому вопросу, но ответил, как ни в чем ни бывало.
- Мы должны дождаться накатывающих волн.
- И когда это случится? – осведомился Сабуро, а Джек поглядывал в сторону склада. Самураи туда еще не дошли, но они точно обнаружат тела.
- Когда придет время, - ответил поэт. – Поднимаясь, волны набегают с востока и запада и встречаются в открытом море недалеко от Томо. Падая, они разбегаются в стороны, унося нас и всех, кто на этом корабле, с собой. Гавань Томо – не остановка в путешествии, а место, где нужно ждать, пока повернутся «волны жизни».
