Старый волхв Велеслав шёл к священной роще по самой обычной дороге, которую уже тысячи раз пересекли его сотни шагов. Самовит не замечал ни морозов, ни зноя, ни распутицы, всё это для него лишь дополнением к привычному пути, как ветер — к дыханию и солнце — к свету.
Но отказаться от любой, пусть даже самой ничтожной, возможности увидеть молодую учительницу они никак не могли.
Светлана приняла гостей приветливо. Напоила чаем, посетовала, что Андрей с Иваном уезжают так быстро: «Остались бы на пару деньков, отдохнули. Воздух здесь… Да меня теперь, после этого воздуха, в Москву никаким калачом не заманишь!»
«Ну, в Москве свои плюсы и преимущества», — солидно заметил Иван.
«И какие же, например? — насмешливо осведомилась Светлана. — Доступный Интернет? Развлечения? Возможность заработать?»
«Ну хотя бы и так», — промямлил Иван, уже пожалевший о своих словах в защиту столицы.
"«Доступ в Интернет здесь есть, — сообщила Светлана. — Всё, что мне нужно, я скачиваю без особых проблем. И общаюсь в Сети так же, как общалась в Москве. Теперь развлечения. Ночные клубы и рестораны терпеть не могу. Концерты, кино, театры? При наличии Интернета, я могу смотреть любое кино, когда пожелаю. К концертам равнодушна. Театр — да, люблю. Но вполне могу обойтись. Остаётся возможность заработать…»
«Да я уже всё понял, — жалобно сказал Иван.
«Ага, — подтвердил Сыскарь. — Мы уже любим Кержачи всем сердцем. Поверь».
Светлана засмеялась. И столько непосредственной, весёлой и солнечной теплоты было в её смехе, что друзья только прерывисто вздохнули.
Затем, точно по плану, они выехали из села, свернули на просёлочную дорогу, укрыли кроссовер в лесу и по уже известной малозаметной тропинке пробрались к ферме Александра…
Над лесом поднялась полная луна.
Сразу посветлело, и скотный двор с двумя стоящими рядом коровниками лежал, полностью доступный искательным и пытливым взорам друзей-сыщиков. Ну, почти доступный. Всё-таки увидеть происходящее за навозохранилищами они не могли. Но это было и не нужно.
Ноль часов двадцать восемь минут. Больше часа в засаде. Ерунда, это не время. Бывало, и всю ночь до рассвета приходилось сидеть. И не всегда, кстати, дожидаться… Закурить бы.
