Старый волхв Велеслав шёл к священной роще по самой обычной дороге, которую уже тысячи раз пересекли его сотни шагов. Самовит не замечал ни морозов, ни зноя, ни распутицы, всё это для него лишь дополнением к привычному пути, как ветер — к дыханию и солнце — к свету.
Андрей представил себе, как пытается с фонариком продраться сквозь густой лес (а лес был густой, это он успел заметить ещё при обходе поляны по периметру) по малоприметной тропинке (ещё даже не найденной), а низкорастущие ветви деревьев так и норовят выколоть ему глаз, и хмыкнул. Нет, переться ночью через незнакомый лес, совершенно при этом не представляя ни направления движения, ни даже с какой стороны находится север, теперь показалось ему не самой лучшей мыслью.
Сыскарь был горожанином до мозга костей. Он родился в Москве и прожил в этом одном из крупнейших мегаполисов планеты почти всю свою жизнь, хорошо его знал и любил.
Первое: лес должен быть абсолютно безопасен. Никаких засад боевиков, их баз, которые следует немедленно отыскать, мин-растяжек и крупных хищников. Змей тоже не надо. И поменьше комаров, пожалуйста.
Второе: пусть в лесу обязательно будет день. Сухой и летний.
И третье: по лесу должно быть удобно и недалеко ходить.
Кстати, о пикнике, дне и комарах. Последних и впрямь почти нет, за всё это время он отогнал двух-трёх, не больше. День наступит в любом случае. И довольно скоро, ночи в мае короткие. А для пикника нужен костёр. Что мешает ему разжечь огонь и дождаться под его защитой рассвета? Ничего, кроме собственной городской дурости. А то тропинку он собрался искать, эльфом лесным себя возомнил. Сухого хвороста (ливень так и не хлынул, ура!) под деревьями должно быть навалом, зажигалка есть.
Сухого хвороста под деревьями оказалось и впрямь достаточно, и довольно быстро Сыскарь натаскал к центру поляны целую кучу. Затем разжёг костёр, убедился, что тот набрал силу, наломал веток потолще и подбросил их в огонь.
