Глубоко вздохнув, он поднял голову и сказал:
– Ничего. Живи дальше.
Я повернулась и уставилась на него круглыми глазами. Он едва улыбнулся и откинул прядь моих волос с лица, и легонько коснулся моего носа губами. Я зажмурилась от удовольствия, а потом снова отвернулась и положила на него голову.
– Ты думаешь, у меня получится? – спросила я, глядя, как языки пламени пляшут над дровами.
– Зная тебя, я думаю, ты справишься.
Он обхватил меня рукой, и снова поднёс бутылку к моему рту. Я сделала глоток, и продолжила:
– То есть, ты считаешь, что я смогу врать ему, как ни в чём не бывало?
– Скажи мне одну вещь – он знает про Тео всё?
– Значит, нет, – вынес вердикт босс, – Почему?
Подумав пару секунд, я честно призналась:
– Он помнит меня девчонкой, круглой отличницей, любимицей всей школы. Как я могу ему рассказать, чем я занималась? Это его уничтожит.
– Может да, а может, и нет, – протянул Саша.
– Не знаю, – вздохнула я.
– На самом деле, ты не рассказала ему, потому что это уничтожит тебя. Пока он видит в тебе идеальный образ хорошей девочки, ты сама веришь в это.
– Да ты прям психолог, – буркнула я.
– Я не психолог, просто прожил немного дольше тебя, – он отпил из бутылки, и продолжил, – Вы, женщины, постоянно придумываете себе какой–то идеал и стараетесь ему соответствовать. Проблема в том, что рано или поздно идеалы рушатся, и тогда ваша сущность всплывает на поверхность.
– Спасибо за комплимент, – недовольно проворчала я, – Ты только что ненавязчиво назвал меня шлюхой. Снова.
Саша громко расхохотался, отчего я затряслась на нём. Потом он выдал:
– От того, что ты изменяешь мужу, ты не становишься шлюхой, – он вздохнул, – Просто так сложились обстоятельства.
– Успокоил, – фыркнула я.
Он вздохнул и подвинул меня рукой. Потом потянулся к моему мобильнику, взял его в руку и нажал на круглую кнопку. Экран загорелся, оповещая о непрочитанных сообщениях и не отвеченных звонках. Когда он ввёл пароль и разблокировал телефон, я не сдержала вопль отчаяния:
– Как ты догадался?!
Он хмыкнул, набирая что–то на экране, а потом поднял глаза на меня:
– Алиса, ты мать. Какой ещё у тебя может быть пароль, если не имя твоего ребёнка?
– Дата рождения, например, – буркнула я, – Что ты пишешь?
– Пишу Никите, что с тобой всё в порядке, и ты позже объяснишь.
Посмотрев на него, как на явление Христа народу, я сглотнула.
– Так будет правильно.
Отправив от моего имени эсэмэску моему мужу, он снова принял прежнюю позу и притянул меня к себе, продолжив приговаривать виски.
– Мне кажется, что я героиня какого–то неудачного любовного романа, – выдала я, покорно устраивая голову у него на груди.
Саша снова заржал, и я недовольно зашипела:
– Тише ты, нас услышат.
– Не услышат. Это отдельное крыло в доме.