В зале управления компания шумела как мухи — и тут внезапно прозвучало заданный голос: "Лушаю вас...". Внешний типаж человека, представляющегося в дверном проеме, был необычайно массивен. Через несколько минут из подъезда послышались легкие шуршание и приоткрытые дверь. Этот новый член компании вызывает у каждого посетителя острое любопытство и сомнения....
— Ты на колесах?
— Нет, я же говорил…
— Отлично, хватай мотор, а лучше, прыгай в метро и дуй на Щелковскую. Через час жду напротив автовокзала.
— Есть работа?
— К вечеру будет, — ответил я. — Поедем на базу.
— Лечу! — восторженно заорал он и, уверен, стартовал сразу с четырех копыт и помчался, сшибая телеграфные столбы и зазевавшихся прохожих.
Мальчуган давно уже грезит наяву побывать там. Бедный наивный ребенок на полном серьезе убежден, что именно где-то в деревне, в подвале или за печкой и хранятся все мои несметные богатства, большие такие мешки с импортной наличкой.
"Не думаю, правда, что это его обрадует. Нет там никаких денег и быть не может. Честно заработанное нужно хранить в банках на номерных счетах, что я и делаю. И никак не иначе, а то либо соседские алкаши найдут, либо погрызут мыши.
Глава 46
Мент
— Как говаривал один мой бывший препод, уже лучше, но пока «два», — покачал головой Ильин. — Легче ступай, учили же! Шаги покороче и носки вовнутрь.
— Зачем?
— Затем, что я так хожу. Под ноги смотри.
— Думаешь, растяжек понаставил?
— Очень даже может быть, — и замолчал.
— Ладно, долгие проводы — лишние слезы, — раскатал края вязаной шапочки, и она превратилась в маску с прорезями, и вышел из машины.
— Удачи, — послышалось вслед.
— И тебе того же, — буркнул я и зашагал к дому на окраине деревни, здоровенный, как шкаф с дверцами.
Нынче вечером мне предстояло изображать Ильина, поэтому пришлось нацепить под его куртку целых два свитера и бронежилет между ними. Очень хотелось верить, что наша наивная хитрость сработает, и киллер не догадается о подмене.
Обогнул через сухую ветку на тропинке, остановился и замер с поднятой ногой. Растяжка оказалась именно там, куда я собрался ступить. Перешагнул через тросик и едва не напоролся на следующий. Замер, переводя дыхание, и огляделся. До участка: скромного одноэтажного дома, пары неумных сараев и чего-то, напоминавшего баню в глубине, у самого забора, оставалось метров двести, совсем ничего.
