В зале управления компания шумела как мухи — и тут внезапно прозвучало заданный голос: "Лушаю вас...". Внешний типаж человека, представляющегося в дверном проеме, был необычайно массивен. Через несколько минут из подъезда послышались легкие шуршание и приоткрытые дверь. Этот новый член компании вызывает у каждого посетителя острое любопытство и сомнения....
Возвышающийся над всеми ими как слон над шавками, Виталий даже не пытался заехать кому-нибудь в ответ, просто бормотал что-то вроде «Не надо, ребята» и все порывался уйти, а они его не отпускали.
— Проблемы, сосед? — поинтересовался я, останавливаясь.
— Да вот, — пробормотал он и ойкнул, потому что кто-то из малолеток угодил ему, обутой в пыльный говнодав ножонкой под коленку.
Терпеть не могу коллективных драк, имеется в виду, когда несколько человек метелят одного, поэтому я быстренько надавал этим придуркам пинков и отконвоировал соседа домой.
— Спасибо, — с чувством молвил он, исчезая в двери напротив.
— Пожалуйста, — буркнул я, открыл дверь и пошел к себе.
Через полчаса раздался звонок, и я обнаружил его, стоящего на пороге с литровой бутылкой «Чиваса».
— Можно?
— Ну, раз уж пришел, — без лишней вежливости ответил я. Терпеть, знаете ли, не переношу трусов и мямлей.
У меня на кухне мы накатили по первой, и он потянулся к бутылке, чтобы разлить по второй.
— Хватит, — молвил я.
— Думаешь, — он горько усмехнулся, — я просто зассал?
— Именно так, — подтвердил я. — Даже уверен.
— Вообще-то, ты прав, — он покачал головой. — Действительно, все так. Я вообще стараюсь никого не бить.
— Потому что боишься урыть с одного удара, — догадался я. Знали бы вы, сколько таких красивых историй мне довелось услыхать за то время, что живу. Если опубликовать, получится не меньше томов, чем сочинений у дедушки Ленина. — Пойдем, — я вдруг разозлился.
— Пошли, — согласился он, вставая.
В гостиной моей квартиры отсутствует мягкая мебель, зато с потолка свисает боксерская груша, на полу валяются гантели и гири, а в углу стоит тренажер. Жена, кстати, меня за это совсем не пилит. Это потому, что мы давно живем с ней в разных домах разных городов и даже разных стран.
— Какая рука у тебя ударная? — спросил я.
— Обе, — скромно ответил он.
— Круто, — восхитился я, поднял с пола перчатку на правую руку и бросил ему.
Нацепил на собственную правую «лапу» и встал боком.
— Бей.
Рука в перчатку ткнулась в «лапу».
— Так, что ли?
— Великолепно, — хмыкнул я. — А сильнее можешь?
— Могу.
В самый последний момент, почувствовав неладное, я немного отбросил в сторону руку в «лапе», смягчая удар. Все равно стало очень больно.
— Ух ты, — только и произнес я.
— Могу еще сильнее, — застенчиво сказал сосед.
— А вот это — лишнее.
