Кира распахнула дверь и увидела Антонину Павловну, переступающую порог своей квартиры с Бусей на руках. Какой-то человек вышел из подъезда и Кира дернула головой в его сторону, потом снова взглянула на Антонину Павловну, вышла из квартиры и захлопнула дверь.
— Живот у Бусечки прихватило, — сообщила тетя Тоня, спускаясь следом за Кирой, хотя та ее ровно ни о чем не спрашивала. — Спать мне не дает, приходится, вот, вести…
— Может, вы ее перекормили? — рассеянно предположила Кира, выходя из подъезда и торопливо устремляясь к стоящему неподалеку «опельку» со включенным мотором.
— Нет, у нее сбалансированное питание, — возмутилась та. Последние слова она произнесла подчеркнуто и со вкусом — верно, выучила из рекламы собачьего корма. Кира хмыкнула и скользнула в такси, которое сразу же, качаясь и подпрыгивая на разбитой дороге, покатило к выезду со двора.
Водитель оказался на редкость словоохотлив и всю дорогу то рассказывал про свою жизнь, то принимался задавать вопросы, вся суть которых сводилась к недвусмысленному намеку на тесное знакомство. Кира отделывалась мрачными лаконичными ответами и была рада, когда наконец такси остановилось недалеко от железных ворот больницы, и она выскочила, захлопнув за собой дверцу, и тут же метнулась к приоткрытой калитке. Услышав за спиной шум отъезжающей машины, Кира сразу же сбавила ход, мысленно спрашивая себя — и почему, собственно? Таксист был молод и симпатичен, хоть и тарахтел без меры, а она одна…
Неширокая дорожка между большими акациями была темна и пуста, только вдалеке виднелся силуэт человека, катящего куда-то громыхающую железную тележку. Сзади послышались торопливые шаги, и Кира сама заспешила. Какой-то полный мужчина обогнал ее, но почти сразу остановился, растерянно дернулся туда-сюда, и когда Кира проходила мимо него, жалобно и вместе с тем раздраженно спросил, чуть повернув голову.
— А где же нефрология?! Девушка, вы не знаете, где тут нефрология?!
— Ой… — Кира, остановившись, прижала указательный палец к носу и на мгновение задумалась. — Это вам… — она повернулась, вытягивая руку, — по-моему, здесь пройти и будет одноэта…
Страшный удар обрушился на ее затылок, и Кира рухнула во мрак, мгновенно проглотивший и ее, и жаркую летнюю ночь.
* * *"
"Из всех чувств вначале почему-то вернулся запах. Мрак остался, но теперь он пах старым ковром, луковой шелухой, железом и дымом. Потом зачесалось в носу и вместе с этим щекотным чувством появилось ощущение собственного тела. Кира осознала, что лежит на животе на чем-то мягком, и это мягкое покачивается и подрагивает… или это Киру трясут — ну да, трясут, чтобы разбудить. В гостиной прорвало трубу, и Стас пытается разбудить ее, чтобы сказать об этом.