Частные сыщики Макара Илюшина и Сергея Бабкина берутся за необычное дело: кот, миллион рублей и убийство. В паутине лжи, кражи и предательства им предстоит найти истину. Самое странное расследование в их карьере ждёт разгадки.
Похоже, «Колодец и бабочка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Хотелось сказать: черт с ней, с машиной, доверенность я прямо сейчас на тебя выпишу, оформим, занимайся сам поиском покупателей, за сколько продашь – все твои.
Но она удержалась. Принцип паузы!
– Завтра утром поговорим…
– Я тебе позвоню, – пообещал Стас, переходя от угнетенности к возбуждению. – У соседа телефон попрошу! Наташа, Наташенька… прости меня, родная! И спасибо тебе, спасибо! Господи, если бы не ты… Хоть надежда появилась. Тебя ангелы мне послали, Наташа… Какой я был дурак, и за что мне такая, как ты… Ты – милость Господня, Наташа…
– Извини, мне пора."
"Наташа ушла торопливо, почти сбежала. Перепугалась, что Стас упадет на колени и начнет целовать ей руки. И дело даже не в том, что из окна их здания прекрасно просматривается парк и Коростылева запросто могла увидеть эту сцену… Бог бы с ней, с Коростылевой. Но сколько раз мечталось о расплате для Стаса, хоть каком-то возмездии. Ведь нельзя же так обойтись с живым человеком, как он обошелся с ней – после того как делили одну постель, любили друг друга, баюкали общих детей, – и жить как ни в чем не бывало, даже лучше прежнего?! Да? Да?
От мыслей о кармическом воздаянии, которыми так любят утешать себя бессильные, Наташа была далека. Не существовало никакой связи между ее мольбами и страшной болезнью, поразившей Стаса. Но себя – себя трехлетней давности вспоминать было стыдно. Та прежняя Наташа Наташе нынешней не то чтобы не нравилась – она вызывала неприязненное удивление. Глупостью своей, бесхитростной наивностью, которой она козыряла как достоинством. Даже свои страдания та дурында считала добродетелью.
Прозрение у Наташи наступило, когда она вдруг осознала, что после очередных бессмысленных взываний к небесам о справедливости чувствует себя раздавленной. Эти мольбы раз за разом отбрасывали ее в тот вечер, когда она держала в руках пачку пельменей, рассматривая капли крови на линолеуме. Ее поразила простая мысль: Стас продолжает отравлять ей жизнь, даже не подозревая об этом. Вернее, не Стас, а она сама, используя образ бывшего мужа, – как если бы его портрет был нарисован на стене, и она каждый вечер старательно разбивала об эту стену свою кудрявую голову.
«Что ж я, дура, делаю, – с некоторой оторопью подумала Наташа. – Что ж я творю?»
Это стало началом выздоровления. «Я вышла замуж по большой любви, но вслепую, – сказала она себе. – А ведь не то что звоночков хватало – набат, можно сказать, надрывался. Я взяла в мужья человека лживого, недоброго и неумного, а главное – слабого.
