Магазин подвальчика на Мясницкой окутывал чарующей тишиной и шумными голосами книготорговцев на соседней улице. Сергей вышел из метро с облегчением, ощущая природу городских пространств. Невдалеке уже виднелась худощавая фигура Илюшина и его компания, перекрывшие переход между улицами. Сердце бешено забилось от волнения, как магнитом тянуло к этим необычным книгам......
Похоже, «Колодец и бабочка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Тили-тили, трали-вали! Надо бы внимательно рассмотреть, что за сказочку он написал… Какие там, так сказать, содержатся намеки…
Полторы минуты от начала занятия, невольно отметила Наташа. В этот раз Егор Петрович выдержал полторы минуты.
Она обвела взглядом свой класс. Все молчали, никто не пытался спорить с Выходцевым или призывать его к порядку… Они хорошо выучили прошлые уроки."
"Расползся, как трава мокрица среди картофельных рядов, подумала Наташа. Ползучий, цепкий, заполоняющий собой все, куда только можно дотянуться.
«Это я ему позволила так распуститься, – сказала себе Наташа. – Я не выдернула его вовремя».
Ей даже не потребовалось переключаться в режим «сердитый завуч» – впервые в жизни. Она выпрямилась и звучно проговорила:
– С этого момента я накладываю на вас мораторий, Егор Петрович. Вам разрешается присутствовать на занятиях при одном условии: все, что вы говорите, должно касаться темы урока – и только ее.
В классе застыла мертвая тишина.
– Не понял… – нарушил молчание Выходцев, злобно прищурившись. – Вы что же это, рот мне затыкаете?
– Я запрещаю вам отходить от темы нашего занятия. Вы каждый раз говорите такие гадости, что, ей-богу, тошно вас слушать.
Кто-то на заднем ряду приглушенно ахнул.
– Как вы смеете?! Мне, человеку уважаемому! Пожилому! Плевок в лицо!.. Я вам в отцы гожусь! – Он клокотал, содрогался и брызгал слюной.
– Нет, в отцы вы мне категорически не годитесь, даже не предлагайте, – отказалась Наташа. – Я бы вас лишила родительских прав. Сядьте, Егор Петрович, вы отвлекаете всю группу.
– Я тебя сейчас отвлеку, – пообещал Выходцев.
Остервенело бормоча, он выбрался из-за стола («Точно клоп из-под коры», – подумала Наташа) и вылетел из кабинета. Дребезжащий его голос пронесся по коридору, словно кто-то нес сломанный будильник, и затих на лестнице.
