Частные сыщики Макара Илюшина и Сергея Бабкина берутся за необычное дело: кот, миллион рублей и убийство. В паутине лжи, кражи и предательства им предстоит найти истину. Самое странное расследование в их карьере ждёт разгадки.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Колодец и бабочка»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Частные сыщики Макара Илюшина и Сергея Бабкина берутся за необычное дело: кот, миллион рублей и убийство. В паутине лжи, кражи и предательства им предстоит найти истину. Самое странное расследование в их карьере ждёт разгадки.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Елена Ивановна Михалкова Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Частные сыщики Макара Илюшина и Сергея Бабкина берутся за необычное дело: кот, миллион рублей и убийство. В паутине лжи, кражи и предательства им предстоит найти истину. Самое странное расследование в их карьере ждёт разгадки.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Колодец и бабочка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
В беседе с сыщиками она изъяснялась междометиями и взмахами ресниц, причем Бабкин даже не смог бы с уверенностью сказать, что было осмысленнее.
Вблизи девица зачаровывала. Казалось, гусеница или жужелица приняла человеческое обличье. Может быть, стрекоза. Безупречные в своем мире по своим насекомым меркам, они в новую ипостась переносили некоторые признаки старой. Ресницы эти, например… Бабкин то и дело на них отвлекался. Ресницы были густые и мохнатые, как усики у ночных бабочек, да что там – как вся ночная бабочка, будто ее неким образом трансформировали в женские ресницы без потери объема и качества ворса."
"Самое поразительное, что девица назвалась не Стефанией или Евой-Марией, а Катей Парфеновой. Говорила она ровно так, как Бабкин и ожидал: немного гнусаво, растягивая гласные, при этом почти без артикуляции. Не для того выросли эти губы, чтобы ими еще и шевелили.
И фигура у Кати, конечно, была сногсшибательная. Бабкин даже не представлял, что вживую встречаются люди таких форм. Чтобы было очень много груди с попой и очень мало остальной женщины – такое он видел впервые. Судя по взглядам, которые бросала на Катю мужская часть группы, их этот феномен тоже интересовал – разумеется, исключительно с антропологической точки зрения.
– Катя, а ты что скажешь? – обратилась к девушке Яровая. – К какому жанру ты тяготеешь?
Дива задумалась. Лобик она наморщить не могла при всем желании, но некоторое время вся группа зачарованно наблюдала за попытками это сделать. Ботулотоксин победил интеллектуала.
– Я-а… Ну-у-у… Я ду-умаю… В целом, знаете, мне ближе поэзия! – Аудитория ошеломленно притихла, и Катя, приняв молчание за одобрение, продолжала: – Я вообще люблю все поэтическое. Рифмы! И-и-и… Ну вот метафоры, да? Встречаются очень красивые. Я сама кое-что пишу… – Она помахала тетрадочкой. – Но вообще будущее за искусственным интеллектом, – внезапно закончила Катя.
– Пока художественные эксперименты с искусственным интеллектом выглядят не слишком убедительно, – сказала Яровая. – Однако мы в самом начале пути. Ну хорошо, давайте поговорим о задании на следующий семинар. Вы помните, в прошлый раз мы обсуждали построение конфликтной сцены. У каждого из вас есть свой вариант рассказа с такой сценой. Напишите короткий дневник от лица каждого персонажа, участвующего в конфликте… Будем читать вслух, так что отработайте своих героев заранее. – Она взглянула на сыщиков и добавила: – Еще раз выражаю всем свои соболезнования. Подумайте, как вы сможете позаботиться о себе в ближайшие дни. Не требуйте от себя многого. Любимая еда, хорошая музыка, прогулки… И, конечно, творчество. Творчество излечивает, помните об этом.
Бабкин не заметил, чтобы кому-нибудь из присутствующих требовалось лечение.
