Магазин подвальчика на Мясницкой окутывал чарующей тишиной и шумными голосами книготорговцев на соседней улице. Сергей вышел из метро с облегчением, ощущая природу городских пространств. Невдалеке уже виднелась худощавая фигура Илюшина и его компания, перекрывшие переход между улицами. Сердце бешено забилось от волнения, как магнитом тянуло к этим необычным книгам......
Похоже, «Колодец и бабочка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Так, вон сидит Яровая…
Окна кофейни выходили на площадь. Подсветка внутри была аквариумная: посетителей, застывших среди диффенбахий и спатифиллумов, можно было хорошо рассмотреть с улицы.
Бабкин с удовольствием подставил лицо ветру. Вечер был теплый, и люди по тротуарам шли вполне понятные, привычные, и если хорошенько поискать, наверняка можно найти в каком-нибудь кинотеатре «Людей в черном» и даже сводить на него Машу… Старый фильм! Глупость какая-то.
5– Добрый вечер, – холодно сказала Яровая, как будто они не расстались полчаса назад.
– Вы позволите, Любовь Андреевна? – Илюшин вопросительно замер возле ее столика, за ним возвышался Бабкин.
Она страдальчески сдвинула брови.
– В чем дело? Послушайте, я очень устала после семинара, у меня болит голова, и при всем желании…
Яровая замолчала, давая им самим возможность догадаться, что, при всем желании, она ничем не может им помочь и они злоупотребляют ее терпением.
– Почему вы соврали? – доброжелательно спросил Макар. – На семинаре сегодня не присутствовала ваша подруга Горбенко.
Яровая усмехнулась и покачала головой:
– Какими вы бросаетесь обвинениями! «Соврала»… Не соврала, а ошиблась. Если бы вы так готовились к занятиям, как я, вы бы имя собственное забыли. На этой неделе я была на трех семинарах у других писателей. На трех! И все для того, чтобы лучшим образом подавать материал своим ученикам… Учиться, беспрестанно учиться самой – вот в чем секрет успеха хорошего педагога.
– То есть не было никакой Горбенко?
Илюшин сел, и Бабкин последовал его примеру.
– Наташа – моя школьная подруга, – устало сказала Яровая. – Она хороший человек. Хороший, честное слово… – Она как будто убеждала то ли их, то ли себя.
