Магазин подвальчика на Мясницкой окутывал чарующей тишиной и шумными голосами книготорговцев на соседней улице. Сергей вышел из метро с облегчением, ощущая природу городских пространств. Невдалеке уже виднелась худощавая фигура Илюшина и его компания, перекрывшие переход между улицами. Сердце бешено забилось от волнения, как магнитом тянуло к этим необычным книгам......
Похоже, «Колодец и бабочка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Пойми, как только я начну им помогать, я встану по отношению к ним в позицию Взрослого. То есть перестану быть Ребенком. А для творческих людей чрезвычайно важна детская часть личности, она обеспечивает игровую составляющую и свежий взгляд на мир. Наташа, мне приходится беречь себя. Конечно, если бы возникла острая необходимость, я бы дала им эти деньги. Но с котлом они могут справиться самостоятельно».
– Мне не нужно решать проблемы, – с резкостью, которой сама от себя не ожидала, сказала Наташа. – Мне нужно двоих детей отправить в лагерь.
"– Ты напрасно сердишься, – примирительно сказала Люба. Она взяла подругу под руку и снова повела по аллее. – Давай будем откровенны: если я дам тебе денег сейчас, ты и через месяц ко мне придешь, и через полгода, и через год. Я тебя очень ценю, я всегда тебе это говорила.
Тут с Наташей случились две вещи.
Во-первых, она кристально ясно поняла, о чем говорит Люба.
Во-вторых, ее охватил гнев такой силы, что он вытеснил все прочие чувства, даже переживания за детей.
Она остановилась и выдернула руку.
– Монетизировать? – повторила она по слогам.
– Наташа, ну не злись…
– Единственная!.. Просьба!.. За все эти годы! – Наташа задыхалась от ярости. – Я у тебя хоть когда-нибудь! Хоть что-нибудь! Просила?! И ты – ты меня кем выставляешь, мать твою? Какой-то побирушкой, корыстной дрянью!.. Я что, на сумку у тебя клянчу?! Тебе эти деньги – тьфу, у тебя на карте для Вайлдбериса больше лежит!
– Давай, пожалуйста, ты не будешь себя унижать подсчетом моих средств, – с достоинством сказала Люба.
Она вообще в этом стыдном разговоре держалась с большим достоинством, в отличие от Наташи, которая напрочь потеряла человеческий облик: брызгала слюной, повысила голос, даже пальцем с размаху ткнула в подругу – и довольно чувствительно ткнула, Люба ойкнула и отшатнулась, потирая плечо. На них стали оборачиваться.
