Колодец забытых желаний — читать онлайн бесплатно полностью

Тот самый непонятный врач, который назывался длинным и трудным словом, часто говорил матери, что ее сын «не по годам серьезен», и, лежа под дверью, Федор вдруг вспомнил это выражение и некоторое время думал о том, что значит «не по годам». Как это – не по годам? По годам ему шесть, он знал это точно, скоро будет семь, и он тогда в школу пойдет. Тут он стал думать, что бы ему хотелось на день рождения, и придумал, что ему хочется красную пожарную машину с лестницей. Только непременно с лестницей. Нужно об этом сказать отцу, потому что машины – Федор это знал – дело мужское.

За дверью что-то говорили, довольно тихо, и, устав бояться и прислушиваться, он лег щекой на руку и стал изучать свою комнату из этого неудобного положения. Комната казалась странной и по-другому устроенной. Вон шкаф, там на нижней полке лежат его пожитки, а все остальные полки заняты плоскими белыми штуками. Штуки сложены аккуратными стопками. Время от времени мать достает из шкафа такую штуку, взмахивает ею, и она превращается в пододеяльник или простыню. Вон столик и стульчик, за ними он должен играть. Отец всегда говорит, что у человека должно быть место, чтобы играть, как будто можно играть за столом!.. Как там играть-то? Даже к паровозу вагоны не прицепить. Паровоз на столе помещается, а вагоны уже нет!.. Вон медведь на кровати, его бабушка подарила, отличный такой медведь, с кофейной мягкой шерстью и коричневым носом. Медведя Федор обожал и звал его Мишей.

Так он лежал, размышлял, удивлялся и совершенно отвлекся от того, что происходило за дверью, и вдруг вбежала мать. Она так резко распахнула дверь, что ударила его, но Федор от удивления даже не захныкал. Мать больно схватила его под мышки, подняла, как будто он был тяжелой сумкой, и стала трясти им перед отцом. У Федора с ноги даже сандалик свалился, и колготки съехали и болтались.

– Ты бы хоть его пожалел! – говорила мать и трясла Федором. – На меня наплевать, а он как же?!

Она не кричала, и Федор решил, что ничего страшного не происходит, можно не бояться, и не боялся.

Отец сидел отвернувшись, на него и на мать не смотрел.

А потом посмотрел с отвращением.

– Не так, а эдак хочешь меня достать, – сказал он, но тоже негромко. – Нашла чем меня останавливать, идиотка! Да я его знать не хочу! Весь в тебя… урод!

Это Федор потом понял, что отец про него сказал «урод», уже когда был большой, а раньше никак не понимал. Он только знал, что «урод» – плохое слово и бабушка его говорить не велит.

– Папа, – сказал шестилетний Федор и стал болтать ногой, чтобы скинуть и второй сандалик тоже, – бабушка говорит, что про людей нельзя говорить, что они уроды. Ты про кого так сказал?

– Убери его, – попросил отец ласково.