Олег Петрович стоит на пороге судьбоносного выбора: оставить привычную жизнь ради новой любви или остаться верным прошлому. Странные события последних дней переворачивают его представление о себе и окружающем мире. В поисках ответов главный герой погружается в историю древней иконы, которая...
У нее своя жизнь, первое серьезное чувство, и мальчик довольно приятный.
– Ты его видела?
– Ну конечно, видела!
– А зачем эти смотрины?! Да еще на его территории?! Тогда давай сначала мы устроим смотрины, позовем его в ресторан и будем расспрашивать, не было ли в его семье слабоумных или страдающих венерическими болезнями, ибо это может пагубно отразиться на потомстве! Или он принципиально не ходит в рестораны, потому что считает, что они созданы для подагрических старичков?
– Олег, что ты завелся?
– Да я не завелся!
– Ну, если ты считаешь, что это неправильно, поговори с ней! Но она все равно тебя не послушает, и вы поссоритесь.
– Спасибо за совет.
– Пожалуйста.
И они замолчали.
Олег натянул брюки и уставился на себя в зеркало. Надо надеть что-нибудь еще.
Бывшая жена вздохнула в трубке.
– Что ты хочешь от меня услышать, Олег? Эдик, между прочим, тоже не в восторге.
– Молодец, – похвалил бывший муж нынешнего мужа бывшей жены. – Я не возражаю против ее… ухажеров…
– Странно, если бы ты возражал, – вставила Люся.
– …но я считаю, что тащиться в Англию для того, чтобы повстречаться с родителями очередного хахаля, глупо!
– Вот и скажи ей это.
– И скажу.
– И ничего не добьешься. У нее любовь!
– Мне нет дела, любовь или нет. Какого дьявола она хочет знакомиться с родителями?
Бывшая жена опять вздохнула.
– Олег, тебя так давно нет в нашей жизни, что вряд ли ты можешь претендовать на истину в последней инстанции. Даже для своей дочери!
Это была тщательно продуманная фраза.
Она готовилась, понял Олег. Она знала, что я буду звонить, и репетировала речь, и придумала эту самую «истину в последней инстанции».
– Понятно, – сказал он скорее себе, чем ей.
– Что? – переспросила бывшая жена. – Что тебе понятно?..
Он так и не осознал как следует, почему они тогда развелись. Ему некогда было в этом разбираться. Некогда и страшно. Он зарабатывал деньги, и вдруг стало всего вдоволь – одежды, еды и даже машин. Времени, правда, совсем не стало, и выяснилось, что в Париж на романтический уик-энд лететь нет никакой возможности и неохота, потому что туда то и дело приходится мотаться по делам. Впрочем, пару раз они слетали и проделывали там все, что полагается проделывать, в смысле романтики. Они завтракали с шампанским на балконе отеля «Крийон», съездили в Сен-Жермен, и на заднем сиденье такси нежно прижимались друг к другу, и, помнится, даже держались за руки, выпили кофе на Монмартре и обозрели великий город от подножия собора Сакре-Кёр.
