Автор
В углах комнаты собиралась атмосфера жестокой игры. Упыхнутые формальности и честные слова — вот что задерживало Ивановну, пока она не заметила странную парочку: бледная как моль девушка с прической кричащей на весь мир пост工业化 и рыжий мужчина вечно занятый театральной гардеробщицей....
Уже скоро с ночью и расставим все точки над «i». Давно хотел обменять свою тачку на новую, да вот хоть на такую бэху, как твоя. Совсем немного и не хватает для счастья. Может, поможешь?
Я смотрю в довольное лицо Антипова, понимая, что уступлю.
Извини, Коломбина, кажется, твоему другу детства пришло время ответить за свои слова.
– Хорошо. Когда?
– Через час.
– Где?
* * *Вардан, или как там его, отказался сказать заранее, кто выступит соперником, и озвучить маршрут. Стрелка забита на набережной в полночь, и на место старта я подъезжаю в сопровождении двух мотоциклистов – Фьючера и Димки, буквально за десять минут до начала гонки.
В это ночное время на освещенном пятачке у памятника местной знаменитости полно любопытных, разномастные тачки стоят тут и там, виднеются группки людей… Пропустив вперед парней, я подвожу Глашу к бетонному речному парапету мягко и осторожно, без понтов, не желая раньше времени показывать, на что мы с ней способны.
– Узнай, где Медвед, – прошу Фьючера, опуская стекло, и дождавшись от парня ответ: «Все в порядке.
Это немец. Стальной, двухдверный, новый, с хорошей посадкой кузова, низкий и мощный. Такой же глянцевый мажор, как его хозяин. Я видела таких на трассе, встречалась на треке… Что ж, Коломбина сегодня тоже не в кокошнике и сарафане, за моей спиной белоснежная с черным верхом Глаша, и я смотрю на парня не менее внимательно, чем на его автомобиль, оценивая шансы.
Заносчив. Резок. Груб. Вспыльчив. Если удержу Глашу в рывке, не будет проблемой сделать немца на крутящем моменте. Однако же здесь не гоночный трек, здесь пустынные ночные улицы города, и я должна думать и держать дорогу в руках, чтобы оставить себя и свою девочку в живых, и чтобы победить.
Я буду первой, не сомневайся, парень. Я сделаю так, что ты больше никогда не выйдешь на трек, как бы брезгливо сейчас на меня ни смотрел.
Кажется, я улыбаюсь, глядя в изумленное лицо. Кажется даже, вздергиваю подбородок, не замечая, как расступается вокруг меня волной удивленный народ.
– Девчонка?.. Вардан, мать твою, ты серьезно?! Или решил развести меня на десять штук?
Не знаю, где здесь находится вышеупомянутый тип, но я сама вполне в состоянии ответить:
– Двадцать.
– Что?
– И автограф, красавчик, на память. Лично от меня.
Вот теперь меня замечают все.
