Автор
В углах комнаты собиралась атмосфера жестокой игры. Упыхнутые формальности и честные слова — вот что задерживало Ивановну, пока она не заметила странную парочку: бледная как моль девушка с прической кричащей на весь мир пост工业化 и рыжий мужчина вечно занятый театральной гардеробщицей....
– Обкатать, значит? – я все еще нахожусь под впечатлением, а потому довольно грубо снимаю с себя руки забывшегося Медведа, не совсем по-дружески разгулявшиеся на талии. – Привет! – киваю, заставив себя улыбнуться парням, отсалютовавшим мне шлемами. Действительно, на радость девчонкам, оказавшимся довольно симпатичными.
– Да что не так-то, Тань? – наконец-то обращает внимание Мишка на мое настроение. – Ты чего сегодня колючая такая? Давай садись, погоняем! Смотри, твои подруги куда смелее тебя! – улыбается Лильке, взлетевшей птицей в седло синей «Ямахи» позади мотоциклиста, как только парень по имени Ромыч снимает спортбайк с тормоза, надевает шлем и дает добро едва ли не вопящей от восторга девушке вцепиться руками в его грудь.
– Медведев, я что, похожа на дуру? – я возвращаю друга в реальность, и плевать на его планы. – Ты всерьез приехал и час морочил всем голову, чтобы в итоге меня убить?.. Мои пятнадцать давно позади, и я не забыла, чем для нас с тобой закончилась поездка на речной карьер.
– То был старый дедов «Восход»», лопнувший тормозной трос, и я был до черта самонадеян.
– Там была Ритка Копичева в отпадном купальнике, и ты совсем не слышал моих просьб остановиться.
– Ты круче Ритки, детка. Во всем. Даже со шрамом на ягодице.
– Лесть от друга – хуже кулака в глаз.
– Я спал с ней. Ничего особенного, поверь Медведу.
Это так и вертится между нами, и я не выдерживаю.
– Со мной ты тоже спал. Ну, давай уже, Медведев, произнесем это вслух и забудем, наконец!
Сама не знаю, почему я сержусь, зачем ворошу прошлое, но взгляд парня становится жестче.
– Не я это сказал, Тань.
– Черт, не ты, – сдаюсь я. – И даже инициатором был не ты, я помню. Ладно, Мишка, – вскинув руку, отступаю, оглядываясь на родную общагу. – Хорошо вам провести время, а я домой. Рада была тебя увидеть. Правда, рада, но для меня это слишком.
Я порываюсь уйти, однако крепкая рука ловит меня за локоть и возвращает на место.
– Стой! – На скулах Медведева обозначаются желваки, и он решительно преступает мне путь. – Что было, то было. Я не настаиваю, ты знаешь, о чем я, так какого лешего злишься?.. Это все еще мы с тобой, и просто прогулка двух старых друзей. Ну, давай, Закорючка, ты же любишь скорость, как никто! Какие-то плевые двести пятьдесят кубиков в двигателе под нами, и ветер на плечах.
