Автор
В гостиной старого дома жарко и уютно, словно время замедлило свой бег. Здесь тепло и уюте царит несмотря ни на что — даже под ледяными зимними ночами Осгена. Я присоединяюсь к группе друзей, которые с нетерпением ожидают какого-то важного решения или новостей. Каждый вкладывает в эти минуты особую силу и значимость, словно каждый дымок от огня может предсказать будущее....
Мои команды выполнять, не думая!
— Ну прямо как в Легионе, — усмехнулся Сид.
— Скоро Легион тебе раем покажется, — мрачно пообещал я ему.
Я приготовился и сделал шаг в темноту...
Глава 22"
"Первый этаж мы обследовали пару часов. Очевидно, раньше это было жилыми помещениями — присутствовали и каменные ложа, и ниши для утвари. Большинство из нее превратилось в прах, за исключением керамики и каменных сосудов непонятного назначения. Учитывая то, что здесь практиковали человеческие жертвоприношения, я даже боялся предположить, для чего они использовались.
— Ничего не трогайте, пока я не разрешу, — сказал я своим спутникам. — Неизвестно, на что и как они настроены.
Хотя я и не видел остатков плетений и света каких-то предметов, это не значит, что их не было. Может быть они настроены на активацию аурой мага, кто знает? Коснешься такого, а он начнет ауру высасывать.
Я начал обыскивать скелеты, роясь Чистой Перчаткой среди костей и слежавшейся, обратившейся в прах пыли, и складывать найденное на одно каменное ложе.
— Гарем главного жреца, что ли, тут был? — Сид рассматривал издалека золотой ободок с камнем, явно женский.
— Может быть, — сказал я. — Культы — они, знаешь ли, разные бывают. Но вот это явно что-то не женское.
Я показал ему искусно сделанный обсидиановый нож, явно не для скрытого ношения.
— Стеклянный? — спросил Сид. — А другого оружия нет?
— Может и было, — ответил я ему. — Но за столько времени превратилось в прах.
— Тогда бы остались золотые рукояти или еще чего-нибудь, — сказал он.
— Логично, — согласился я и продолжил делать свое грязное дело.
Джонсом я себя уже не чувствовал. Хотя и мародерством плюс гробокопательством это считать было нельзя — вещи принадлежали умершим много веков назад людям. Скорее, прикладная археология. Тем более, это не принадлежало более никому. Собрав все в мешок с защитными плетениями, я повесил его на руке. Тяжелый, килограмм пять будет. Если и дальше так пойдет...
Пошло.
— Лезем вниз? — спросил он, когда мы остановились у каменной лестницы, спускающейся в подвал.
— Ага, — я прислонил мешок к стене. — Лезем. Порядок тот же — первым иду я.
Оставив позади Сида с Другом я начал медленно спускаться по лестнице. Глубоко зарылись жрецы, очень глубоко...
Вот, наконец, и вход в подвал. Резная арка косяка двери, на которой вырезаны всякие чудища и картины пожирания людей в манере индейцев.
