Автор
В гостиной старого дома жарко и уютно, словно время замедлило свой бег. Здесь тепло и уюте царит несмотря ни на что — даже под ледяными зимними ночами Осгена. Я присоединяюсь к группе друзей, которые с нетерпением ожидают какого-то важного решения или новостей. Каждый вкладывает в эти минуты особую силу и значимость, словно каждый дымок от огня может предсказать будущее....
— Купите карту сокровищ, милорд! — схватил за руку его какой-то оборванец. — Настоящая карта сокровищ, зарытых на Южном Берегу!
Брат притормозил, оглядывая оборванца.
— Настоящая? — спросил он.
— Самая что ни на есть, вот те Святой Круг! — осенил себя жестом оборванец.
— Пошли, — подтолкнул я Ария в спину. — Очередная разводка лохов.
— Точно? — спросил меня брат.
— Эй, у кого есть карта сокровищ? — крикнул я посреди толпы.
Сразу человек пять подбежали ко мне, и наперебой стали выкрикивать свои рекламные предложения, расхваливая свой «товар».
— Понял теперь? — спросил я у него. — Ну-ка, брысь отсюда!
Я стукнул посохом по мостовой, и толпа желающих продать карту за хорошие деньги растворилась.
— Это еще ты легко отделался, — сказал я. — Иногда еще и требуют корабль нанять и за провизию заплатить. А потом проснешься или не проснешься в канаве, обобранный до нитки.
— Ты разрушил мою веру в человечество, — притворно пригорюнился брат, наблюдая за корчившимся от боли еще одним оборванцем, держащимся за синеющую на глазах руку.
— Зевай поменьше, — я опять тычком направил ко входу в таверну.
У входа сидело рыл пять — людьми это назвать было трудно — гопников, одетых в лохмотья и с выражениями жуткой жажды на опухших рожах. При виде нас они было оживились, но я взялся за рукоять Лория, и энтузиазм их почему-то резко сменился привычной абстинентной апатией. С чего бы это?
Мы вошли в никогда не пустующую таверну, выбрали столик почище и плюхнулись за него.
— Я смотрю, ты специалист по таким местам, — ухмыльнулся Арий.
— А то хрен ли, Ваше Сиятельство? Это вы по столицам да по салонам со своими куртуазиями шляетесь. Мы же, легионеры, люди простые, и общаемся с такими же простолюдинами в местах, для них предназначенных.
К нам подплыла — подошла не то слово — широко покачивая жирными бедрами мулатка, исполняющая здесь роль вайтресс.
— Что благородные господа хотят? — мило улыбнувшись улыбкой голодного каймана спросила она.
— Пива.
— Два, — уточнил я. — Самого лучшего. Самогон в него не добавлять, куриный помет тоже. Ясно?
— Как можно, милорд! — притворно удивилась она. — У нас самый лучший эль во всем Тарисо!
— Проверим, — я покатал в пальцах посох. — Надеюсь, он нам понравится.
Я сказал это, одновременно бросив плетение подчинения. Теперь разобъется в доску, но принесет нам лучшее.
— А что на закуску?
Вот этот вопрос вогнал меня в ступор.
