Автор
Внутренность корабля «Вано» заставляет забыть о скучных офисах. Вместе с потолком из квадратов и яркими светильниками-спотами он создает необычную атмосферу, где каждая деталь служит символом движения в бесконечные просторы космоса. Серый интерьер делает пространство еще более напряженным и пронзительным....
- Благодарю… Я, кстати, Сочинец, – представился мужчина, явно используя позывной, а не настоящее имя.
- Кострома, – назвала себя девушка.
- Дунай, – объявил третий.
Каюсь, я не выдержал и глупо шутканул:
- Ага, значит, мне на «и-краткую»… Йошкар-Ола!
- Так Дунай – это река, – заметила девушка-военная, слегка улыбнувшись.
- Ну я-то из посёлка в Приморском крае, – усмехнулся Дунай. – Он тоже Дунай.
- А-а-а… Ну тогда мне на «А». Астрахань! – не стала возражать Кострома.
- Хорош зубоскалить! – прервал нас Сочинец.
- Дерьмо там растёт, а не деревья! – признался я. – Но я уже в сумерках ходил и прошёлся по самой окраине леса. Так что могу ошибаться.
- Разберёмся!
И они были не последними, кто решил со мной пообщаться… Подходил парень с грустной рожей: спрашивал, как я верёвки сплёл. Подходила девушка в трёх слоях трико и нижнего белья: спрашивала, зачем я вчера беременного изображал. Подходил крепко сбитый парень, представившийся Борисом: спрашивал про жуткого хомяка.
Любопытные вскоре закончились, и мне удалось несколько минут понаблюдать за собравшимися. А заодно послушать, о чём они говорят, и что – во всяком случае, вслух! – думают. Ну и заодно определить, что и как здесь, в местном обществе, складывается.
Первое что бросалось в глаза – возраст. От двадцати до тридцати. Причём крайних значений почти не было.
"А в нём, в будущем обществе, уже складывались маленькие группки. И даже группировки. На первом месте по количеству людей в группе шёл поджигатель костра. А заодно и обладатель сразу пятнадцати баллов развития – Ром, он же Роман. Замёрзнув среди ночи, он нашёл в себе силы и смелость покинуть капсулу. А затем раздобыл сухую деревяшку, какую-то палку – и, чуть не стерев себе руки в кровь, с помощью трения развёл огонь.
Пока этот герой страдал, добывая искру, парень, которого теперь все называли Линза, тоже выбрался из капсулы. И пошёл давать Роману ценные советы по розжигу. Первое, что он ляпнул – это, что если бы было солнце, стоило бы использовать стеклянную или водную линзу для концентрации солнечного света.
У нас даже бутылки для воды матовые, идиот...
Зато прозвище было получено.
