В маминой библиотеке собрались истории про людей, отправленных в неизведанные звездные системы — колонисты. Сегодня космические путешествия стали обычным делом, но эти романы оставляют глубокий след. Читая их, ты поймёшь, что на самом деле полет в пространство — это не только приключения, но и новое начало жизни вдали от земли....
— Ну, лады…
Глава 4 Катехумен
Хоть я опять и снял комнату у Кэссиди, выспаться и отдохнуть не удалось. Нет, спалось мне нормально, вот только проснулся я от звука поступившего уведомления. Еще окончательно не проснувшись, сонный, я открыл его и прочитал текст:"
"«Ваши данные не подтвердились. Патруль гарнизона не обнаружил следов битвы, трупов колонистов или изгоев. Командир патрульного отряда, лейтенант Гринд классифицирует ваше сообщение как обман, дезинформацию. Значение «полезность» снижается до 0. Штраф в размере 1000 кредитов списан».
«Внимание! В случае повторения подобной ситуации колонист 3–27 будет оштрафован на 10000 кредитов, значение «полезность» будет понижено на 5 единиц. Колонисту 3–27 будет отказано в медицинском обслуживании и пользовании клон-центром. Если колонист 3–27 не оплатит штраф в течение 3 месяцев, он будет лишен статуса колониста».
Вот ведь, гребаный лейтенант! Я моментально проснулся и сел в кровати. Эта скотина все-таки как-то обманула систему. А ведь меня предупреждали — не связываться с гарнизонными! Вот ведь, сука! Трупов он не нашел, маров он не встретил! Еще и мне влепил минус в «полезность», и тысячи кредитов как не было! Ну, гнида!
Черт подери!
Теперь еще придется на склад к Толянычу плестись — денег у меня меньше тысячи осталось.
Однако на склад я не пошел — догадался сбросить сообщение кладовщику. И спустя каких-то двадцать минут на моем счету была сумма равная той, которая нужна была для оплаты услуг клон-центра.
Мы с Кийко двинулись на выход из города. Возле самых ворот нам встретился возвращающийся патруль, во главе с тем самым лейтенантом, с которым я говорил вчера.
Он узнал меня, и на его лице промелькнула ехидная улыбка — явно собирался что-то мне сказать, но слушать его у меня не было никакого желания. Просто молча показал ему средний палец — старый добрый жест, актуальный вот уже несколько столетий. На его лице улыбка моментально сменилась выражением оскорбленного достоинства.
— Ничего, сочтемся еще, Гринд! — пробормотал я.
— Чего? — не понял Кийко.
— Мать влепила штраф и минус в «полезность», — буркнул я.
— А…Я ведь тебя предупреждал, — заметил Кийко.
— Придет зима… — начал я философскую фразу.
