В маминой библиотеке собрались истории про людей, отправленных в неизведанные звездные системы — колонисты. Сегодня космические путешествия стали обычным делом, но эти романы оставляют глубокий след. Читая их, ты поймёшь, что на самом деле полет в пространство — это не только приключения, но и новое начало жизни вдали от земли....
— Ну а мы по окрестностям прогулялись перед ужином, — усмехнулся Иваныч, — так почем шкуры принимаешь?
— По пятерке за штуку, — ответил кладовщик, — но если сняли аккуратно.
— Проверяй, — Иваныч достал шкуру из своего рюкзака и бросил в лоток под окном. Затем жестом приказал мне снять рюкзак и достал еще две — вторую им добытую и мою.
— Значит так, — пристально рассмотрев принесенные трофеи, заявил кладовщик, — за эти две дам по 5 кредитов, а вот за эту 2, не больше. Уж сильно неаккуратно срезана…
— Ладно, чего уж там, — махнул рукой Иваныч, — перекидывай поровну мне и ему.
Я тут же услышал трель уведомления и развернул интерфейс.
На счет поступило 6 кредитов. Общий счет 2006 кредитов.
— Ну, — сказал Иваныч, обращаясь уже ко мне, — вот и первая получка. Поздравляю.
— Спасибо, — поблагодарил я.
— Чего спасибо? — рассмеялся Иваныч. — Будем отмечать!
Глава 3 Серьезные туристы
«Отмечать», по мнению Иваныча, мы стали весьма своеобразно, во всяком случае, не так, как я ожидал. Празднования по поводу удачного рейда у нас начались прямо здесь, в здании склада, не отходя от окошка.
— Значит так, уважаемый, — заявил Иваныч кладовщику, — нам бы прибарахлиться надо…
— Да не проблема, — радостно прогудел кладовщик, — чего надо?
— Начнем с нормальных рюкзаков. Что есть?
Кладовщик молча ушел куда-то в глубину склада, а затем появился с охапкой вещей в руках. Все вещи, которые он приволок, оказались рюкзаками. Самых разных расцветок, размеров и типов.
Кладовщик вертел их все по очереди в руках, показывая нам, а мы оценивали внешний вид.
Я не обратил внимания на это, а вот Иваныч аж языком прищелкнул.
— То, что надо, — сказал он, — просто песня!
— И что в этом такого хорошего? — спросил я.
— Ты свой старый рюкзак понюхай и посмотри, что в нем после таскания шкур осталось, — предложил он.
Я проверять не стал, сразу догадавшись, о чем говорил напарник. От моего вещмешка воняло так, что самому противно было.
Вот-вот, — ухмыльнулся Иваныч, заметив мою брезгливую гримасу, — а в этих притащил шкуры в город, помыл, высушил и они как новые.
