Автор
Колыбельная для Моей Девочки - это нежное и трогательное произведение, где каждое слово как будто дышит теплом и любовью. Автор Лорет Энн Уайт создает атмосферу уютного вечернего края, полной материнской заботы и глубоких чувств. Читатель погружается в сердечную историю о дарах материнства и любви, которая просится быть прочитанной перед сном как самое дорогое ласкающее стишкование....
У Мэддокса застучало в висках: наконец-то конкретная и очень специфическая информация, которую можно проверить.
– Из гипотетического Владивостока вас двадцать человек повезли на краболовецком траулере?
София кивнула:
– Мы были в трюме. Без света. Много дней. Сильные шторма. Нас тошнило. Однажды ночью нас разбудили и велели надеть всю теплую одежду, какая есть, а затем связали руки, – София показала, как именно, сведя запястья. – Вывели на палубу. Рядом стояло еще одно судно. Очертания можно было разглядеть, несмотря на туман.
– Тоже траулер?
– Нет, грузовое. На палубе контейнеры, целая гора.
– Названия на корпусе не заметили? Какие-нибудь характерные детали у контейнеровоза были?
– Заметила, когда нас туда пересаживали. Мы перелезали через борт траулера в лодку, и нас отвозили на грузовой корабль. Там флаг Южной Кореи.
Сердце у Мэддокса забилось быстрее:
– Вы уверены?
– Да.
– А что еще удалось рассмотреть?
– Мало что. Темно, туман. Луны не было. Огни почти все погашены. Очень холодно. Ветер.
– На каком языке общалась команда южнокорейского судна?
– На своем, корейском. Иногда произносили русские слова.
Тарасова взяла стоявший перед ней стакан воды и сделала большой глоток. Мэддокс заметил, как у нее дрожит рука.
– Всех двадцать девушек пересадили с траулера на корейский контейнеровоз?
– Да, и еще перекладывали какой-то груз. Долго. Не знаю, что за груз, может, выловленный краб…
– А что было дальше, когда вы оказались на корейском судне?
София покачала головой, взгляд стал далеким и пустым.
"– Нас всех загнали в один контейнер, двадцать человек. Дали два ведра для туалета. Мужчина с шарфом на лице приходил раз в день, менял ведра и приносил еду и воду. Нас очень тошнило, и хотелось пить. Я потеряла счет дням. Одна девушка умерла. Она долго умирала. Ее тело оставили в контейнере с нами.
Мэддокс потер подбородок. Переводчица смущенно двинулась на стуле. Мэддокс видел, что консультант из службы по защите потерпевших готова остановить допрос – она заметно нервничала.
– Куда вас доставил корейский корабль?
София покачала головой, глядя на свои дрожащие пальцы.
– Кажется, в какой-то порт в Южной Корее. Там всех загнали на другое судно, которое направлялось вроде в Китай.
