В темном лесу, где сумерки тонут в густой тьме, Егор путается на каждом шагу, вызывая хохот своих спутников. Здесь воздух напичкан смехом и фырканьем, а вокруг ставятся новые копья из диких голосов, каждый удар больше подогревает огонь веселья.
Лиза неопределенно качнула головой и, чтобы сместить акценты с собственной персоны, спросила:
– Как он это делал, этот Вестник? Как он «уходил» «туда» и возвращался?
– Думаю, тоже под действием наркотика. Или с помощью медитации.
Лиза кивнула, потому что тема была ей знакома. Когда-то, будучи еще ребенком, она сумела уйти в другую параллель, чтобы встретиться там с умершей мамой.
Дина рассказывала о том, что видела «там», что испытала, и у Лизы были все основания верить ей. У каждого свой «тот» мир.
– Дэн? – позвала вдруг Дина.
– А? – встрепенулся он, очнувшись от мыслей. И Лиза поспешно, будто сбегая, отвернулась.
– Рука болит? Дать анальгетик?
Значит, не только Лиза обратила внимание на его непроизвольный жест. Заметила ли Дина и то, как она рассматривала Дэна, пусть и всего пару мгновений? Лиза покраснела от неловкости и поднесла к губам чашку с давно остывшим чаем.
– Не надо. Само пройдет, – отказался Дэн, вновь разворачиваясь к девушкам и загораживая спиной окно.
