В темном лесу, где сумерки тонут в густой тьме, Егор путается на каждом шагу, вызывая хохот своих спутников. Здесь воздух напичкан смехом и фырканьем, а вокруг ставятся новые копья из диких голосов, каждый удар больше подогревает огонь веселья.
– Когда это случилось? – опередила Дэна вопросом Дина.
– Ну да уже год точно прошел! – ответила Марья Васильевна. – А может, и два. Альфия когда пропала? Больше года назад, точно! Кстати, это я тревогу забила! Долго не видела соседки, думала поначалу, что она на родину свою уехала, к родственникам погостить. Но когда узнала от ее клиентки, что она не отменила записи, забеспокоилась. Альфия ведь ответственной была. Если бы надумала уехать, то обязательно перенесла бы все визиты. Ну а потом ее и нашли.
– А какой резон? – засомневался Дэн. – Бизнесмен не из-за Альфии разорился.
– А отомстили! – блеснула воинственно глазами Марья Васильевна. – Ну, или хахаль мог ее убить. А что? У Альфии незадолго до смерти ухажер завелся. Я его ни разу не видела. Но знала, что у нее кто-то появился.
– Она сама вам об этом сказала? Может, имя его назвала? – спросила Дина.
– Да ну, станет она об этом рассказывать! Я догадалась! У меня на такие дела нюх. Когда у женщины, уже немолодой к тому же, появляется мужчина, это становится заметно.
– А его почему подозреваете?
– Так я слышала ссору! – нашлась старушка. – Я об этом и полиции рассказала, что вы думаете? Помню, вышла я поздно вечером мусор вынести, а из-за двери Альфии два голоса слышны: ее и мужской. И вроде как они на повышенных тонах разговаривали. А вскоре после этого она и пропала.
Дэн молча кивнул, а Дина никак не выказала реакции. К магазину они дошли, но старушка не торопилась, к вящему недовольству Дины, с ними прощаться. Напротив, выждала паузу и, хитро блеснув блеклым глазом, с улыбкой вынула главный козырь:"
"– А недавно знаете что случилось? На той самой стройке? Подростков нашли! Мертвыми! И никто не знает, что с ними случилось!
– Даже вы? – недоверчиво ахнул Дэн и попал в яблочко. Марья Васильевна подбоченилась, горделиво поправила на выкрашенных хной волосах вязаный берет, а затем принялась обстоятельно выкладывать поддакивающему, угукающему и ахающему Дэну все свои версии.
