В темном лесу, где сумерки тонут в густой тьме, Егор путается на каждом шагу, вызывая хохот своих спутников. Здесь воздух напичкан смехом и фырканьем, а вокруг ставятся новые копья из диких голосов, каждый удар больше подогревает огонь веселья.
Она постаралась успокоить себя, что это просто шмыгнула крыса: грызунов Дина не боялась, даже когда-то держала дома двух белых мышей. А темнота тем временем окутала ее плотным коконом, послышался вкрадчивый и ласковый шепот: «Останься, останься…» Кто-то невидимый нежно провел невесомой ладонью по ее волосам, взъерошил их шаловливо, будто ребенку. Сердце бешено заколотилось. «Не бойся, больно не будет. И страшно тоже», – продолжало ласкать слух чужое нашептывание – прохладное и неожиданно приятное. Дина поверила.
– Ты чего отстала?! – проорал ей в самое ухо Весенин. – Я тебя зову-зову, а ты не откликаешься?
– Дэн, – едва справившись с наваждением, пробормотала Дина.
– Никуда! Тут был! Собрался на второй этаж подняться, но тебя рядом не обнаружил!
– Я тебя звала, а ты молчал.
– Я не слышал. Как и ты меня.
– Дэн… Тут кто-то еще есть.
– Никого тут нет! – раздраженно бросил мужчина. – Сама смотри.
Дина только сейчас заметила, что в помещении снова стало светлее, настолько, что можно было разглядеть трещинки на стенах. За окном стучал дождь, и это несколько примирило ее со странным происшествием.
– И все равно тут кто-то есть! – упрямо гнула она свою линию. – Кто-то трогал мои волосы. Представляешь?
– Не представляю! Если кто-то тут и есть, то это мыши или крысы. Может, на тебя упала мышь?
– Издеваешься! – передернула Дина плечами и решила больше не спорить. Вместо этого тихо попросила:
– Дэн, пошли отсюда?
– Пошли, – неожиданно согласился он, хоть от Дины и не укрылся полный сожаления взгляд, который Весенин бросил на ведущую вверх лестницу.
Ей казалось, что они не слишком углубились в помещение, но на самом деле успели пересечь весь первый этаж. Дэн молча вел ее за руку, и по его виду сложно было понять, что на самом деле он думает, сердится ли на то, что на какой-то момент потерял Дину и не смог подняться на второй этаж, или, наоборот, успел увидеть все, что его интересовало, и в его вихрастой голове уже закручивается сюжет книги.
