В старой больнице "Городская" тайком происходит нечто невероятное: команда врачей и медсестер устраивает реальные войны за власть в отделении, забывая обо всех пациентах. Атмосфера здесь накалена до предела, словно в самой смертельной игре, где выживает только самый ловкий и коварный....
— Сейчас мы едем ко мне, там он приведет себя в порядок: ванну примет, переоденется…
— Наташа умоляюще взглянула на Воронова, словно извиняясь за то, что уводит от него брата, потом повернулась к Савелию. Воронов понимающе улыбнулся, взглянул на часы.
— Слушай, Савка, а Наташа изрекла здравые мысли: смыть больницу с себя нужно? Нужно! Переодеться нужно? Нужно! Да и вообще… — Он подмигнул девушке, и та смущенно опустила глаза. — Короче, сейчас отвезу вас к Наташе, затем — по своим делам и… — снова взглянул он на часы, -… в тринадцать сорок пять заезжаю за вами.
— Не нужно, — заявила девушка, — все уже у меня.
Воронов как-то странно посмотрел на Наташу, но ничего не сказал, хотя и не смог вспомнить, когда это он давал ей ключи от квартиры Савелия. Он с улыбкой посмотрел на Савелия, снова на девушку, покачал головой, потом подтолкнул их к машине.
— Слушай, братишка, может, расколешься? — спросил Савелий, когда машина тронулась с места.
— Нет, дорогой Савка, сюрприз есть сюрприз, — загадочно возразил Воронов. — Тем более что этот сюрприз двойной. — Он бросил быстрый взгляд в сторону Наташи: — Не правда ли, Наташа?
— Может быть, не знаю, о чем речь. — В ее тоне было тоже столько загадочного, что Савелий не выдержал и деланно сердито бросил:"
"— Тоже мне конспираторы! Человека выписали, взяв с него слово, что он ни в коем случае не будет нервничать, а они… Эх! — Он сделал вид, что обиделся, и отвернулся к окну.
— Нет-нет! — воскликнул Савелий и даже сделал попытку улыбнуться, но улыбка получилась кривой. Он с трудом сдержался, чтобы не рассмеяться, глядя на их растерянные лица.
— Бросьте вы со своим сюрпризом! — не выдержала Наташа. — Зелинский — вот наш сюрприз!
— Зелинский?! — Савелий с трудом сдержал себя. — А почему двойной сюрприз?
— А потому, что Зелинский — родной дядюшка Наташи. — Воронов со вздохом махнул рукой: все равно сюрприз не удался.
— Что? Капитан Зелинский — твой дядя? — воскликнул Савелий и резко выпрямился.
— Ну артист, снова облапошил, — усмехнулся Воронов.
