В старой больнице "Городская" тайком происходит нечто невероятное: команда врачей и медсестер устраивает реальные войны за власть в отделении, забывая обо всех пациентах. Атмосфера здесь накалена до предела, словно в самой смертельной игре, где выживает только самый ловкий и коварный....
Это несколько смутило охрану, и тот, что постарше, угрюмо бросил:
— Если вы обещаете не трогать повязку на глазах, мы не будем связывать вам руки.
— Без проблем! — тут же кивнул он. — Для вашего пациента будет лучше, если мои руки не затекут во время поездки. Кстати, Мишань, а как с тобой? Тебе доверяют, или как?
Тот молча показал свои наручники и черную повязку."
"— Понял! — хмыкнул доктор. — Вдвоем в темноте как-то даже веселей. Повязывайте! — Видно было, что он волнуется, но скрывает это за шутками. — По коням, господа.
Почти всю дорогу он сыпал прибауточками, пытаясь расшевелить охрану, но те молчали и только изредка, не удержавшись, прыскали от смеха. Когда машина остановилась, Аполлинарий Константинович сразу сменил тон.
— Кажется, приехали. Можно снимать или… — Снимут, когда нужно будет! — хмуро оборвал тот, что постарше. — Идите за нами. — Он подхватил под руку хирурга, а его напарник — Михаила. Им помогли выйти из машины и повели в дом, где сняли повязки. За столом сидела все та же троица: КрасавчикСтив, Хитрован и переводчик.
— А может, сначала лучше осмотреть больного? — предложил Аполлинарий Константинович.
— А вдруг вас не устроят наши условия? — криво усмехнулся тот.
— Послушайте, молодой человек! — Хирург чуть повысил голос. — Я Доктор, а не бизнесмен. Где больной?
— И мне думается, что вы не только хороший специалист, но и хороший человек, — заметил КрасавчикСтив.
Парни быстро сняли с него наручники и по знаку Хитрована вышли из гостиной.
— Михаил, проводите, пожалуйста, вашего… — Он запнулся… — Дядю.
— Да, вашего дядю к пациенту, а потом мы будем говорить.
— Где можно помыть руки? — Аполлинарий Константинович моментально превратился в обычного доктора, сосредоточенного и внимательного. — Это здесь, рядом с комнатой больного. — Миша проводил его в ванную, а затем отвел в комнату, где находился Савелий.
Савелий лежал с открытыми глазами, но не обратил внимания на вошедших, словно не слышал и не видел их. Доктор взглянул на своего племянника.
— Что с ним случилось? Только коротко и внятно! — нахмурился он.
— Три огнестрельных ранения: в руку, бедро и грудь. С рукой все обошлось — кость не задета, пуля навылет. С бедром сложнее — пуля задела кость. Была сделана операция, осложнений не наблюдается, делаю перевязку через каждые восемь часов.
