На яхте "Венера", плывущей по мутной реке Рабайя среди джунглей юго-восточной Африки, устанавливается странный порядок. Джей Доррес, опытный в старте пожилой мужчина, теперь командует смертельным предприятием — загадочными экспедициями, которые привлекают к себе шпионов и исследователей по всему миру. Яхта медленно продвигается вперед, но где-то на фоне необычной тишины скрываются зловещие и опасность....
Держа наготове подводное ружье, он, внимательно осматривая пещеры, скрытые толщей воды, продвигался с запада на восток. Лейтенанту повезло. В 11.10 он увидел лабиринт, уходящий в глубь горы. Вынырнув, Кампос осмотрелся. Ширина лабиринта вполне позволяла пройти по нему средних размеров яхте. Пройдя по лабиринту, он вошел в широкую пещеру, левая часть которой оказалась естественным причалом, и увидел три судна: яхту «Венеру», с причудливой формы экраном на носу, и два быстроходных катера. Один их них был вооружен пулеметом, а вот второй, покрупнее, имел на вооружении скорострельную авиационную пушку.
– Седой! Это Скат!
– Слушаю!
– Стоянка яхты «Венера» и двух быстроходных катеров, вооруженных, соответственно, стрелковым пулеметом и скорострельной пушкой, находится в квадрате … сектора 2–4, ближе к 3. Вход на стоянку – лабиринт. Из пещеры ведет лестница наверх.
– Я понял тебя, Скат! Благодарю!
– Возвращаюсь в пещеру, оставляю оборудование и поднимаюсь наверх.
– Не торопись, Скат. Сколько у тебя осталось воздуха?
– Как раз пройти лабиринт.
– Ты сейчас на берегу или на плаву?
– Как поплавок, зацепившийся за скалу.
– Стоянка может и наверняка контролируется электроникой базы террористов. Пока ты был в воде, они могли не видеть тебя, но, оказавшись на причале, ты рискуешь попасть под видеокамеру, и тогда тебя ждут крупные неприятности.
– Понял, Седой! Болтаюсь у скалы.
Боевики Дорреса действительно контролировали стоянку, но камеры видеонаблюдения были направлены на судна, поэтому дежурный оператор не увидел на мониторе головы Кампоса над водой."
"А Доррес в это время размышлял, что делать с Озбеком и Аппелем. Свой отход он уже обдумал.
