В своей докладной записке генерал-фельдмаршалу я отмечу ваш батальон и чёткие действия его командира. Кстати, капитан, если у вас в батальоне такая слаженность, то вы вполне можете часа два обойтись без своего начальника штаба. Так как он хорошо знает обстановку и может предугадать действия русских, то мне сейчас такой опытный человек весьма бы пригодился. Мало ли что могут предпринять эти безумные русские.
Капитан на секунду задумался, прорабатывая в мозгу плюсы такого согласия, а потом, решив, что для дальнейшего отчёта будет весьма нелишним участие офицера батальона в группе прикрытия, осуществляемого силами Ваффен-СС, и произнёс:
– Да, господин штандартенфюрер, вермахт всегда готов оказать услугу своим товарищам из Ваффен-СС. Капитан резерва Пульман, думаю, действительно будет полезен в операции прикрытия, осуществляемой вашим подразделением.
После этих слов командир немецкого батальона начал давать инструкции своему начальнику штаба. Затем, кивнув мне, направился к своему маленькому вездеходу, капитан запаса Пульман встал рядом со мной, а остальные офицеры чуть ли не бегом бросились к своим подразделениям. Вскоре вся эта масса техники, конных повозок, пеших гитлеровцев пришла в движение. На площади оставались в неподвижности только я, капитан запаса Пульман, мои ребята, наряженные эсэсовцами, и чуть в отдалении «ханомаг» с сидящим в бронеотсеке Якутом и пулемётчиками, напряжённо следящими, как немцы уходят. Не знаю, что чувствовал капитан запаса Пульман, наблюдая за тем, как уходит из города его батальон, а у меня, после того как в хвост немецкой колонны пристроился управляемое дядей Ваней штурмовое орудие, на сердце возникло торжество от столь удачно проведённой операции.
Когда площадь перед ратушей опустела и затих лязг гусениц штурмового орудия, я повернулся к оставшемуся в нашей компании немцу и, хищно улыбаясь, заявил:
– А вы, господин Пульман, счастливчик, в отличие от своих бывших сослуживцев!
– В каком смысле, господин штандартенфюрер?
– А в том, что остались живы, когда весь ваш бывший батальон дружно отправился в ад! Правда, вы тоже можете отправиться за ними, если, конечно, откажетесь сотрудничать.
Сказав это, я, не обращая никакого внимания на капитана резерва, уже на русском языке приказал стоящему рядом Шерхану:
– Наиль, возьми у этого хлыща пистолет и свяжи ему руки. Теперь это «язык», поэтому, если немец начнёт дёргаться, не повреди ему речевой аппарат.
Шерхан, ни слова не говоря, сделал шаг к Пульману и с размаху своим кулачищем саданул немца ниже пояса. Когда тот согнулся от боли, достал из его кобуры пистолет, сдёрнул с немца ремень и им же связал Пульману руки, предварительно заломив их за спину.