Значит, сапёрам придётся наводить переправы, а при господстве немцев в воздухе наведенные мосты окажутся под непрерывными бомбовыми ударами. Технику и тяжёлое вооружение вывезти не удастся, потери личного состава будут колоссальны, да и у выживших моральное состояние упадёт ниже плинтуса. И это уже будут не бойцы, а помятые жизнью пораженцы.
– В общем-то, ты реально смотришь на вещи. Примерно по этому сценарию и выходили, по приказу Голубева, некоторые части 10-й армии. На реке Шара потрепали их крепко – хорошо, если каждый третий прорвался за старую границу. Но ты имеешь некоторое преимущество перед ними – у тебя имеется 6-й мехкорпус, а ему по силам выбить немцев из Слонима, оседлать шоссе и обеспечить выход других частей 10-й армии из котла.
– Георгий Константинович, вы даже не представляете, что творилось на участке шоссе между Волковыском и Слонимом несколько дней назад. Я там смог проехать только благодаря тому, что дорогу пробивали три тяжёлых танка КВ, по-другому там двигаться невозможно. Сплошной стеной стоит разбомбленная техника – вид этого участка шоссе ужасающий. Но это ладно, танки КВ у нас есть, и, в конце концов, дорогу пробить мы сможем, но потом упрёмся в жёсткую немецкую оборону, насыщенную противотанковыми 50-мм и зенитными 88-мм пушками. Даже КВ не смогут пробиться через такую оборону, а обойти немцев в тех местах нет никакой возможности, рельеф местности не позволяет. Придётся переть в лоб на заранее подготовленные противотанковые позиции. Получится ещё хуже, чем при штурме посёлка Кузницы, когда 6-й мехкорпус тормознула всего лишь обычная пехотная дивизия вермахта. А под Слонимом наверняка будет элита немецкой армии. Ведь генералы вермахта понимают значение Слонима и очевидность того, что на его штурм русские бросят свои лучшие танки и последние резервы. Ко всем этим проблемам нужно ещё добавить бомбовые удары по нашим колоннам и местам сосредоточения сил перед атаками. Смешанная авиадивизия Черных обескровлена непрерывными воздушными боями с самолётами люфтваффе и не сможет обеспечить воздушного прикрытия.
– Примерно то же самое я говорил верховному главнокомандующему – кстати, им стал товарищ Иванов, а меня назначили одним из его заместителей. Так что я теперь не начальник Генштаба, а непонятно кто – можно сказать, генерал по особым поручениям Хозяина, а проще сказать, затычка, которой заделывают пробоины в днище корабля. Шучу, конечно, но в каждой шутке есть доля правды.