В темном лесу захрипели тихие звуки — хнык-хнык-хнык и жалобные подвывания. Высокий столб воды кивнул, будто попав в замешательство, неспешно поклевывая какую-то невидимую мелочь. Восхищённый взглядом на полуподводную ловушку, он медленно повернулся и обнаружил ни одного живого существа рядом. Этот островок дикой природы оказался непопулярным среди рыбаков, но сегодня его поклевка выглядела странной и вызывала подозрение....
Прежде, чем это сделать, провел определённую подготовку, чтобы избавиться от лишних, по моему мнению, ушей. Все политработники подразделения были озадачены каждый своим делом и дружно отсутствовали в подразделениях.
Не то, чтобы я им не доверяю. Каждого из них отбирал лично. Благо, такая возможность была, просто перестраховался на всякий случай. Всё-таки эти люди из другой системы и подготовлены совсем даже не для военных действий. Поэтому я и решил на этом этапе обойтись без их присутствия.
Предполагая, что разговор получился непростым, я озадачился организацией нормального стола, чтобы посидеть в неформальной обстановке. Чувствовал, что так будет лучше и без ста граммов не обойтись.
Мужики такому подходу удивились. Ведь у меня репутация чуть ли не трезвенника, но вопросов задавать не стали.
Дождавшись, пока находящиеся в непонятках командиры рассядутся, я начал говорить:
— Мужики, давайте сегодня за этим столом посидим по-простому и поговорим о некоторых важных вещах.
Народ только утвердительно кивнул, находясь по-прежнему в непонятках.
Приняв по первому стакану и слегка перекусив, я начал свою речь:
— В общем, мужики, я вас собрал, чтобы озвучить пренеприятнейшую новость.
Тут меня перебил слегка расслабившийся начштаба, спросив:
— К нам едет ревизор?
Народ разулыбался, я, соответственно, тоже не удержался от улыбки и ответил:
— Ага, ревизор.
Народ перестал улыбаться, а я, убедившись, что меня внимательно слушают, продолжил:
— Многие из вас знают, а кто не знает, то наверняка слышали о моих высокопоставленных родственниках.
Некоторые из присутствующих утвердительно кивнули, и я продолжил:
— Кто не знает и не слышал, тем товарищи расскажут.
На этом месте меня снова перебил начштаба, который буквально прохрипел:
— Когда и кто, командир?
— Двадцать второго июня на рассвете на нашу страну нападёт Германия.
