Открыли огонь наши орудия. Один танк подбили, а остальные, подцепив его на буксир, отступили, огрызаясь выстрелами.
Танки остановились в километре. К ним присоединились несколько штурмовых орудий, бронетранспортеров, и по нашему заслону на дороге открыли огонь сразу из десятков стволов. Дуэль шла недолго. С обрыва видно не было, но мы поняли, что батареи, которым приказали стоять насмерть, гибнут. Внизу взрывались боеприпасы, едва не на уровень обрыва взлетали камни, железяки, разные ошметки.
Потом снова пошли немецкие танки. Впереди два «тигра». Огромные, угловатые, они катили со скоростью километров под сорок, да еще описывая небольшие зигзаги. За ними двигались с пяток танков, и всю эту компанию прикрывали орудия и самоходки. Мы поняли, что шансов у наших ребят внизу нет. Илюшин приказал открыть огонь из 80-миллиметрового миномета. Это не оружие против танков. Мне приходилось видеть следы от попаданий таких мин. Закопченное пятно на броне, в лучшем случае какой-нибудь отбитый кронштейн. Но капитану хотелось хоть чем-то помочь, тем более имелось достаточно боеприпасов.
Мины хлопали внизу одна за другой, не причиняя вреда. Минометчики, злые, что их подвергают ненужному риску, торопились выпустить весь запас. Снизу били наши уцелевшие орудия. Кое-как наведя трофейную реактивную пушку, мы выпустили для пробы по головному «тигру» снаряд. Лучше бы этого не делали. В танк не попали, но грохнуло так, что у стоявших поблизости заложило уши, а струя раскаленных пороховых газов никого не сожгла лишь случайно, потому что пушка была направлена вниз. Зато вспыхнула, как факел, крона дуба, метрах в двадцати позади. Вышибло огромный клин, вбитый в землю, пушка опрокинулась набок
Немцы, разозленные нашими минами, взрывающимися целыми пачками, да еще реактивной пушкой, открыли ответный огонь. Снаряды с воем проносились над головой, многие взрывались, попадая в дубы. Окопы не спасали от дождя осколков. Накрыло пулеметное гнездо, где сидели Загорулько со вторым номером.
Второй номер был убит наповал, Загорулько ранен. Кто-то полез в землянки, но к снарядам прибавились мины…
Минометчики попрятались вовремя. Их «самовар» накрыло прямым попаданием. Единственный, кто продолжал воевать, был «западник» Грищук. Он занял позицию в стороне, под сваленным дубом, притащив туда МГ-42 и охапку пулеметных лент. Упрямый хохол, пропустив танки, ударил по бронетранспортеру.
