Вместе с несколькими тяжелоранеными он ждал машину. Правой кисти у него не было, торчала перебинтованная култышка. Напичканный обезболивающими препаратами, он мало что различал, но меня узнал.
— А… снайпер. Живой? А я вот отвоевался.
Я что-то ответил, подбодрил майора, который в армию уже не вернется. А может, выбьет в наркомате разрешение преподавать в каком-нибудь военном училище тактику боя, как надо класть десятками, сотнями людей в лобовых атаках и отбивать девушек у подчиненных. Каким бы молодым и неопытным я ни был, но знал, что, кроме погибших солдат, на его совести будет вечно висеть красивая телефонистка Люда, которая пошла по рукам начальства. Что из нее путное получится? Поэтому не было у меня желания разговаривать с бывшим комбатом, и я отошел подальше. Он и на гражданке хорошо устроится. Потрясет культей да орденами и станет начальником какого-нибудь ЖЭКа или директором магазина.
В штабе полка я получил предписание в воинскую часть номер такую-то, продовольственный аттестат, проездные документы. Начальник штаба сказал, что я еду на шестимесячные курсы младших лейтенантов, и пожелал удачи.
— Жаль расставаться с таким перспективным снайпером, но тебе надо расти. Офицеров не хватает, сам знаешь.
Добрые слова, которые не часто приходится слышать от большого начальства, растрогали меня.
— Не подведу, товарищ подполковник
— Я не сомневаюсь, — он встал и пожал мне руку.
— У меня две просьбы, — замялся я. — Хорошо бы в свой полк вернуться. Все же с августа в нем служу.
Я постеснялся произнести слово «воюю». Это отдавало бы хвастовством.
— Не знаю, как получится. А вторая просьба? Если насчет краткосрочного отпуска, заранее скажу. Не дают отпуска. Если только по ранению.
— Обойдусь без отпуска. На меня представления и на медали готовили и на орден. Дайте команду проверить. Может, затерялись бумажки?
— А счет уничтоженных фашистов у тебя какой?
— Тридцать два официально. И штук двенадцать не подтвердили. Свидетелей, говорят, не нашлось.
Слова «бумажки», «штуки» развеселили начальника штаба.
— Проверю лично. «Красная Звезда» тебе по всем нормативам положена.
Не знаю, что там проверял начштаба, но «Звездочку» за убитых фрицев я получил через полтора года. А медаль «За боевые заслуги», как уже упоминал, аж в 1963 году. И представление было написано, когда я уже катил к месту учебы.
Добавлю еще, что сбегать в роту мне не удалось. Сдал винтовку, каску, несуществующий противогаз.
