Каждый раз, когда ты замыкался в себе или выстраивал между нами бетонную стену, я чувствовала себя так, словно осталась стоять ночью на холоде в одиночестве.
– Прости меня. – Я протянул руку и погладил ее по щеке. – И спасибо за… все.
– Всегда к твоим услугам.
– Не могу поверить, что мне так повезло.
Мэдди кокетливо сморщила нос.
– Хотела бы я сказать о тебе то же самое, но у нас сегодня вечер правды, так что…
Я фыркнул от смеха, качая головой.
Меня никогда не интересовали длительные отношения. Мое сердце всегда принадлежало арене.
Я был одиночкой и полагал, что таким и останусь. Но с Мэдди мне захотелось отпустить руль и посмотреть, к чему это приведет. Наклонившись, я поймал ее губы и целовал их до тех пор, пока мы оба не начали задыхаться.
Глава 35
Рид
Когда кислород в легких закончился, я прервал поцелуй, любуясь слегка ошеломленным выражением лица Мэдди: зрачки широко распахнутых глаз были расширены, а нежная кожа вокруг рта немного покраснела от моей щетины. Возбуждение было чертовски ей к лицу.
Я отстранился от нее ровно настолько, чтобы стянуть с себя футболку, пока Мэдди делала то же самое со своим уродливым свитером. Вязаное полотно с тихим шелестом поднялось, обнажив округлые маленькие груди, обтянутые тонким синим кружевом, и вся кровь в моем теле прилила к члену, делая его тверже хоккейной клюшки.
– Я нечасто ношу подобное белье. – Вудс смущенно поморщилась. – Так что не привыкай.
– Как скажешь. – Я поцеловал ее в плечо, спуская бретельку лифчика, затем потянулся за спину Мэдди, чтобы его расстегнуть.
– А еще меня тошнит от синего цвета, но, как назло, именно этот комплект шел по огромной скидке.
– Принято к сведению. Меня – от желтого, если тебе интересно.
– Интересно. – Мэдди сбросила кружево, и у меня перехватило дыхание при виде ее обнаженных грудей – изящных, аккуратных, с тугими розовыми сосками, твердеющими под тяжестью моего взгляда. Она закрыла глаза и застонала, выгибаясь, когда я наклонился, чтобы попробовать их на вкус, по очереди посасывая чувствительные вершинки.
– Я ужасно катаюсь на коньках.
– Я ужасно плаваю.
– Правда?
– Нет, я ведь жил в Калифорнии. – Я расстегнул ее джинсы и стянул их вместе с носками и кружевными трусиками. – Но мне хотелось тебя как-то поддержать, а ничего, что бы я делал ужасно, в голову сразу не пришло.
– Ты ужасно врешь.
– Я исправлюсь.
– Не вздума… а-ах…
Слова Мэдди прервал стон, когда я провел пальцами по ее гладким складочкам. Черт, она была такой влажной. Влажной и горячей.
