И я по-королевски облажался."
"Сначала предложил ей заняться сексом, затем засунул ей в рот свой язык. Обнимать ее – это меньшее из того, что мне хотелось с ней сделать, но, черт возьми, мне не пятнадцать. Я должен был держать себя в руках и не портить партнерские отношения, которые намеревался продлить. Потому что хоккеист ничто без своего талисмана. Мэдди мне ясно дала это понять.
Когда мы вернулись на лед, я сосредоточился на том, ради чего находился здесь, – на игре.
Счет был 6:3. До конца матча оставалось девять минут.
Времени, чтобы обойти нас, у бостонцев все еще было предостаточно, поэтому мы приняли решение перейти к игре в обороне. Стратегия сработала, и мы покинули лед победителями.
Это была одна из моих лучших игр в сезоне. Но, несмотря на оглушительную победу «Дьяволов» и мой хет-трик Горди Хоу, я покинул арену в паршивом настроении.
Глава 19
Мэдди
Вместо того чтобы расписывать неудачи, поджидающие Козерогов на следующей неделе, я уже час сидела за рабочим столом, подрисовывая Риду Харди хвост и рожки.
Впрочем, и без них этот лось на снимке с последней фотосессии выглядел истинным дьяволом: красивое лицо, высокомерный взгляд и тело, за которое не жалко продать душу… Ну вылитый хозяин преисподней. Я нажимала на ручку так сильно, что она, проделав в его лбу рваную дыру, выскользнула из пальцев.
Шел третий день с нашей последней встречи. Контракт исполнен с обеих сторон, а я все никак не могла вышвырнуть Рида из головы. И даже постоянные напоминания о том, что если бы не объятия, приносящие удачу, этот напыщенный индюк ни за что на свете на меня бы не взглянул, не помогали.
Свидание с Адамом пришлось отложить, чтобы не пугать офицера своим унылым видом. А может, дело было в том, что его снимки в соцсетях больше не вдохновляли меня… Пропало желание выглядывать в окно в надежде увидеть, как он возвращается с работы. Сердце при встрече перестало заходиться от аритмии, ведь теперь в него с ногами влез чертов хоккеист. Мерзавец завладел всеми мыслями в моей голове, пробравшись под кожу, как чесоточный клещ.
И как его вытащить, не потеряв при этом себя, я не знала.
Поцелуй с Ридом вызвал короткое замыкание в моем мозгу. Днем я была журналистом «БЛАЙМИ!», раскрутившим звезду мировой величины на откровенные фотографии, которые резко подняли рейтинг издания и принесли мне уважение коллег, а вечером тихонько ревела в подушку, оплакивая свое одиночество.
Внезапно раздался щелкающий звук, оповещающий о пришедшем на электронную почту письме.
