В темноте и ужасе, Илья с трудом приподнимается, чувствуя непреодолимую жажду выжить. Его тело словно застывшее судно пытается выбраться из глубин неясного бездны — холодной, мрачной и полной опасностей. Головная боль ужасает его до невозможности, но даже в таких условиях Илья способен на решительные действия....
Взамен мы сохраним жизни захваченным гражданским лицам, и не станем разрушать имущество.
- С чего бы такая щедрость? – неожиданно вступила в разговор Камия. – Это не ультиматум. Это почти капитуляция Муравейника при отличных позициях.
- С того, что Госпожа-Мать умная. И рядом с ней теперь есть неглупые люди, с кем она может посоветоваться, - неожиданно серьезно ответила Марго. – Хотя, вам, русским, этого не понять…вы никогда не умели в дипломатию. Мы можем войти в Атлану и начать резню. Но последствия будут страшными для всех.
А затем Марго ушла куда-то по направлению к дороге, ведущей к северным воротам. И вслед за ней ушли, словно почетный эскорт, двое сопровождавших её автоматчиков, все личи и боевые муравьи. Рядом с удивленными землянами остался лишь толкователь смыслов.
«Госпожа-Мать хотела кое-что передать вам лично», - снова раздался в голове Ильи голос-мысль, когда Малгожата скрылась из виду. «Вдобавок к сказанному ее рабой».
- Рабой? – недоуменно переспросил Илья. – Она же вроде как посол.
«Это два непротиворечивых и одновременно существующих смысла-концепции», - ответил толкователь. «Малгожата раба госпожи и Малгожата посол госпожи. Госпожа-Мать отправила ее, чтобы она поговорила с Князем-Отцом и вами и передала смысл Её наказа в точности.
- Это далеко не всегда так, - возразила Юля. – Иногда людям легче понять любую мерзкую тварь, чем другого человека. Потому что людей люди ненавидят больше.
«Возможно. Эту концепцию надо обдумать», - прозвучало в голове. «В любом случае Малгожата - раб. У Госпожи-Матери были живые наемники, захваченные в лесу и при штурме Муравейника.
